Выбрать главу

— А я смогу туда пойти?

— Конечно. У меня будут пригласительные. И для тебя, и для папы.

— Для папы? Надеюсь, он не притащит туда свою мымру.

Глава 7

Спустя некоторое время Дима поостыл и смог без эмоций подумать о размолвке с Дашей. Она всегда казалась ему уравновешенной и здравомыслящей. Что могло настолько разозлить ее? Восстанавливая слово за словом их последний разговор, он постарался поставить себя на ее место и в результате сам поразился тому, что сорвалось у него с языка.

Да, он был зол, потому вспылил и излил на нее свое раздражение, но не надо было делать ее во всем виноватой. Ведь она всегда опасалась, что ее желание родить ребенка все расценят как женскую уловку. Даже с работы ушла, чтобы не маячить у него перед глазами. Как она сказала: получается, что я ловлю тебя на Митю? А он взял и прямо обвинил ее в этом: «Ты не оставила мне выбора!» Другими словами: «Ты вынуждаешь меня жениться на тебе». Естественно, она разозлилась. И правильно сделала! Зря он так. Какой смысл упрекать в том, чего уже не изменишь? Да и зачем менять? Он что, не рад, что у него есть сын? Рад. Даша его нагружает своими проблемами? Теперь вообще нет. Он разозлился из-за Кольки. Но ведь она не виновата, что он в нее влюбился. Она сама рассказала ему об этом и пообещала с ним поговорить. Хотя мама говорит, что Колька по-прежнему туда ходит чуть ли не каждый день. Что это значит? Даша не стала с ним говорить? Или Колька не поддается ее уговорам?

Он уже понял, что мысль о том, что у Даши может что-то быть с его братом, для него нестерпима. И не потому, что он переживает за Кольку. А потому, что ревнует Дашу. Признание этого требовало пересмотра всех его прежних убеждений. Он отдавал себе отчет в своих чувствах и понимал, что раз он не собирается бросать Жанну, то и не имеет права на Дашу, как бы она ни вела себя по отношению к другим мужчинам. Митя — другое дело, Митя — его сын, и он имеет право участвовать в его жизни. Даша не должна лишать его возможности общаться с его ребенком. Да и он хорош! Столько времени сына не навещал. С ней он может и не встречаться, но Митю он имеет право видеть! И спустя месяц он впервые набрал ее номер:

— Даша, здравствуй!

— Здравствуй!

Он отметил, что она говорила ровно, значит, тоже остыла.

— Я очень хочу увидеть Митю, — сразу перешел он к главному, — я соскучился. Извини меня за наш последний разговор. Я был не прав.

Он намеренно говорил короткими фразами, чтобы их общение больше напоминало вежливый диалог добрых, но дальних знакомых.

Она молчала, как ему показалось, очень долго.

— Хорошо, — наконец сказала Даша. — Приходи в воскресенье. В одиннадцать. Мы будем во дворе.

— Зачем ты согласилась? — бушевал Колька. — Мы же договорились не травмировать ребенка его визитами. Он и так все повторяет: папа да папа. Мне что, всю жизнь в дядях ходить?

— Тебе не кажется, что ты забываешься? — Даша развешивала на балконе белье, а Колька стоял в дверях, поглядывая на играющего на ковре Митю. — Я тебе пока ничего не ответила.

— А я пока ничего и не требую. Вот начну нормально зарабатывать, тогда поставлю вопрос ребром.

— Ух ты! Ребром! — засмеялась Даша. — Как страшно! Можно подумать, что дело только в том, сколько ты зарабатываешь.

— А что тогда тебя удерживает? Давай я с сегодняшнего дня у тебя останусь?

— Здрасьте!

— Привет! Ну так как? Согласна?

— Коля, перестань!

— А-а, испугалась! Ладно. Я не стану тебя торопить. Сама поймешь, что так, как я, тебя никто не полюбит.

— Я, Колечка, надеюсь на другое, — улыбнулась Даша. — Что ты встретишь однажды замечательную девушку и останешься для меня хорошим другом.

— Не надейся! — Колька порывисто обнял ее, обхватив руками со спины.

— Дима, отпусти! — воскликнула она.

Колька убрал руки:

— Ну ясно! Только я не Дима.

— Ой, прости, — смутилась Даша, — вырвалось.

— Просто так ничего не вырывается. Знаю я, что тебя удерживает. Только зря это. Он свою тряпичницу не бросит. Всю школу за ней хвостом ходил.

— Прекрати, пожалуйста, — рассердилась Даша. — И знаешь что? Иди-ка ты домой. Мне пора Митю укладывать.

— Значит, сегодня ты, наконец, дома, а он ушел к этой?

— Не к этой, мама, а к сыну. И пусть идет. Он же по нему скучает. Так за этот месяц измучился. Спать плохо стал. У них там что-то произошло, я так понимаю. Он прямо не говорит. Поссорились, наверное, с этой Дашей, не мог с сыном видеться. А сегодня встал с утра, побрился, оделся нарядно…