В обеих семьях Смирновых наступило тщательно оберегаемое безмолвие. Нет, конечно, в доме Димы, как всегда, был шум и гам, возня девчонок и лай недавно купленного щенка, но все, что касалось темы женитьбы Коли, теперь даже Дима с женой обходили молчанием.
Родители пытались отвлечь младшего сына от грустных мыслей: подсовывали ему интересные книги, звали посмотреть фильм, с повышенным энтузиазмом обсуждали за ужином новости. Отец приглашал с собой на рыбалку. Мать готовила его любимые блюда, часто пекла кексы, до которых младший сын был большой охотник. Коля слушал их с непроницаемым выражением в черных глазах, смотрел с ними кино, ел кексы и молчал. Но хотя бы каждый вечер проводил дома. Родители решили положиться на время. Лишь мама порой тяжело вздыхала про себя: надо же, как скрутило парня.
При таком положении вещей никто не звонил Даше и никто не вызывался забрать на выходные Митю. Сначала Даша была этому рада, хотя получалось, что эта ситуация затронула и ее сына.
— Ма-ам, — тянул вечерами мальчик, — а почему к нам Коля больше не приезжает? И папа.
— Я хочу к дедушке в шахматы играть, — в другой раз заводил Митя.
— Они очень заняты, сыночек. А папа уехал в командировку.
— Далеко?
— Далеко.
— А Коля? Он что, передумал на тебе жениться?
— Передумал. Он передумал, и я передумала, — беспечным тоном отвечала она и с напускным весельем спрашивала сына: — Разве нам с тобой плохо вдвоем?
— Нет. Я тебя люблю, мамочка, — обнимал ее сын, а она едва сдерживала слезы.
Даша ушла с работы. Дальше тянуть не было смысла. Она устроилась в отделение банка недалеко от своего дома. Платили там немного, но и работа была несложная. И главное: в шесть вечера она заканчивала и успевала забрать Митю после продленки. Чувствовала она себя неплохо. Определенность ее положения и спокойная обстановка на работе действовали на нее благотворно. На новом месте ее приняли хорошо. Начальник отделения и главный экономист были мужчинами средних лет, менеджеры — молодыми ребятами, обе кассирши — ее возраста. Коллектив был небольшим и дружным. Каждый был занят своим делом. Никто никого не подсиживал, никто никого не обсуждал. Даша от природы была контактной и приветливой, поэтому в коллектив влилась быстро. Кассирши прониклись к ней симпатией и делились своими женскими секретами. Менеджеры с готовностью помогали. Начальник оценил по достоинству ее исполнительность. А главный экономист… стал за ней ухаживать.
Впервые он проводил Дашу домой спустя неделю ее работы в банке. Была пятница, конец рабочего дня. Стояла поздняя весна. С запахами цветущих деревьев, с яркой молодой зеленью, со светлыми долгими сумерками по вечерам. Даша вышла на крыльцо и с наслаждением вдохнула полной грудью. Сегодня она могла не торопиться — Юлька забрала Митю на день рождения своего сына Темы. Сначала Юлькин муж отвез детвору в «Макдоналдс», потом — на карусели, а вечером они вернулись домой есть праздничный торт. Даша была благодарна подруге. Митя сейчас особенно остро ощущал свою отверженность. Раньше не было недели, чтобы его кто-то не навестил: папа, бабушка с дедушкой или Коля. И теперь бедный мальчик не мог понять, почему о нем вдруг все забыли. Приручили, как щенка, и бросили.
Даша не успела спуститься по ступенькам, как за ее спиной раздались шаги. Она оглянулась через плечо и увидела главного экономиста, Валерия Олеговича. Это был немолодой худощавый мужчина, всегда аккуратный, с высоким лбом и лысеющей головой. Лицо его было не слишком красивым, но выразительным, а голубые глаза светились умом и тем особенным вниманием, которое невольно располагает к беседе. С Дашей он всегда держался подчеркнуто вежливо. Вот и сейчас он поддержал ее, когда она неловко оступилась, спускаясь с крыльца, и предложил:
— Давайте я провожу вас.
— Мне недалеко. Я живу рядом.
— Вот и хорошо. После такой работы, как у нас с вами, ходить надо не менее часа. Тем более что стоит такая удивительная погода. Это для меня — самое лучшее время. Я очень люблю позднюю весну. А вы?