Ей следовало думать о будущем ребенке, и Даша избегала волнений. Все, что произошло с ней, заставило ее переосмыслить многое. Она не сожалела, что оставила высокооплачиваемую работу и дистанцировалась от Димы и его родных. Да и сам Дима предстал перед ней уже в другом свете. Одно не давало ей покоя: Коля. Но спросить об этом у его матери она не осмеливалась.
В скором времени Валерий стал бывать у них регулярно. Делал уроки с Митей, помогал Даше на кухне. Он так вел себя, словно любая работа была ему в радость: чистить ли овощи, мыть ли посуду. А заняв руки делом, он непременно рассказывал ей что-то недавно прочитанное или услышанное по телевизору. Они говорили обо всем: о политике, медицине, религии. Что бы они ни обсуждали: вопросы христианской морали, приближающийся экономический кризис, проблемы воспитания детей, — эти разговоры, а иногда и споры, так захватывали их, что порой они останавливались только увидев, что уже поздний вечер.
Ее новый знакомый любил готовить. Как только Митя вспомнил его необычный плов, он сразу же вызвался приготовить его по случаю последнего школьного дня. И в назначенный день пришел к ним домой с пакетом зелени и вырезкой свежей баранины.
— Привет, Митя! Здравствуй, Даша! — приветствовал хозяев Валерий. — Солнышко-то сегодня какое! Прямо лето! Поздравляю с успешным окончанием учебы! Вот пришел готовить праздничный плов!
Даша ждала его прихода. Она забыла о его обещании и собиралась пожарить им к обеду картошку, но гость выложил на стол из пакета все ингредиенты и сказал:
— Вы пока можете заняться своими делами. Плов — это таинство. Дайте мне полтора часика — и я вас позову.
Митька пошел в свою комнату, а Даша села вязать детские пинетки. Она нашла запасы ниток, крючок и замерла над журналом. «Валерий — заботливый друг и деликатный человек», — подумалось ей. Она вспомнила своих старых друзей и улыбнулась. Ей всегда везло на хороших людей.
Даша понимала, к чему все идет. Ни о какой любви, конечно, речи быть не может. Но ей нужно выйти замуж, и Валерий пока был единственной подходящей кандидатурой. Он умен, вежлив и, главное, холост. Помогает ей, поддерживает, общается с Митей. Для мальчика важно, чтобы рядом был взрослый положительный мужчина. Какой пример ему подает Дима? И какой стереотип семейных отношений выработается у мальчика при приходящем папе? Хорошо, что они пока не видятся.
Дима купил участок и начал строить дом. Говорил, что времени теперь даже на работу не хватает. А тут еще его отец слег. От госпитализации отказывается, хотя ему необходим курс серьезного лечения. Боится, что стоит ему лечь в больницу, и он оттуда уже не выйдет.
Смирновы по-прежнему редко тревожили ее. Прошло уже почти два месяца, ситуация стабилизировалась. Коля, наверное, уже отошел. Он — молодой симпатичный парень, еще встретит свою любовь. У него друзья, работа, родители. Есть чем жить и о чем переживать. Деньги Дима переводит ей на карточку регулярно. С сыном общается по телефону. Митя уже не спрашивает, когда тот приедет. С Валерой ему, кажется, не менее интересно, чем раньше с папой.
Когда прозвучал входной звонок, Даша почти не сомневалась, что это Дима. Она столько о нем сегодня думала, что он просто не мог не почувствовать. Так оно и оказалось — на пороге стоял Дима с пакетом в руках:
— Привет! Вот возвращаюсь со своего строительства. Так захотелось Митьку увидеть!
Даше показалось, что у него был виноватый вид. А про себя она отметила, что уже не испытывает к нему прежних чувств — ни радости, ни огорчения, только опасение, не заметил ли он ее раздавшуюся талию.
— Проходи, — прикрыла она живот вязанием и громко позвала: — Митя, папа приехал!
— Пап, привет! — Мальчик выбежал ему навстречу, но не бросился, как обычно бывало, с ходу на шею, а замер в шаге от отца.
— Как ты вырос! — поразился Дима. — Ну давай пять.
И он протянул сыну руку, как взрослому. Валерий поступал так же. Митя с достоинством пожал ее. Даша улыбнулась:
— Идите в комнату.
— Даш, возьми, здесь кое-что к столу, в холодильник надо положить, — протянул он ей пакет, предварительно достав из него коробку. — А это тебе, Митька!
Отец с сыном пошли в комнату, а она отправилась на кухню. Валерий в ее фартуке колдовал над чугунным казаном. Он повернулся к ней:
— Кто-то пришел?
— Отец Мити, — коротко ответила Даша, перекладывая продукты в холодильник. — Они давно не виделись. Пусть пообщаются. Не хочу им мешать.
— Плов почти готов, — сказал Валерий. — Может, пообедаете сами? Мне, наверное, лучше уйти?