— Пойдем, покажу что-то забавное, — Эль с радостным любопытством на личике потянула Ирину за собой.
В соседнем загончике на куче соломы лежал новорожденный детеныш зебры. Мама зебра обнюхивала и облизывала его. Малыш делал безуспешные попытки встать на свои тонкие дрожащие ножки.
Эль восхищенно пискнула, но близко подойти не решилась. Жеребенок тем временем встал и тыкался мордочкой в поисках вымени.
— Вы сказали, что сегодня очередь Морячка оставаться в стойле, — Ирина вопросительно посмотрела на конюха. — Почему?
Он ухмыльнулся:
— Два самца в одном табуне, ханум. Не могут и дня прожить без того, чтобы не выяснять отношения. Держим их порознь, чтоб не покалечили друг друга. Сегодня Тур выгуливает их общий гарем, завтра Морячок.
— Я не вижу ни одной лошади в конюшне, они тоже на пастбище? — с момента встречи кареты, заряженной четверкой лошадей, Ирина не видела ни одной лошади в городе. И это ее несказанно удивляло. Даже ей, не сведущей в коневодстве, было очевидным преимущество лошадей перед зебрами в качестве транспортного и тяглового средства.
— Среди наших постояльцев не каждый день встретишь благородных господ, ханум, — ответил конюх, — а почтальон еще не прибыл.
Ирина с недоумением посмотрела на него:
— Вы хотите сказать, что на лошадях ездят исключительно благородные господа?
— Конечно, благородные животные для благородных господ. Разве в тех местах, откуда вы родом не так?
Ирина уже набрала полные легкие воздуха, чтобы выразить свое негодование несправедливостью и неразумностью такого подхода, когда внезапно возникшее воспоминание, заставило ее выпустить воздух, так и не проронив ни слова возмущения. Перед глазами встала яркая картинка последнего застолья по поводу дня рождения Славы, на котором подвыпившие Вадим, муж Славы, владевший новеньким ауди и Андрей, последние полгода считавший себя бой-френдом Ирины, до хрипоты в глотках обсуждали достоинства своих и недостатки чужих автомобилей. Вадим безуспешно пытался доказать Андрею, что его внедорожник с двумя сотнями лошадиных сил «на хрен в городе не нужен». «Понты» и «пешеходов топтать» — одни из самых безобиднейших нападок на амбиции и гордость Андрея, которые прошли бы литературную цензуру.
— Не совсем так, — с грустной улыбкой ответила она. — Лошади есть у всех. Те, что победнее, ездят на общественном транспорте, платят лишь за проезд, а некоторые могут себе позволить и до двухсот лошадиных сил.
— Табун в две сотни лошадей? — ахнул конюх. — Это ж сколько конюхов надо держать, а кормов? — удивление и восхищение мужчины было искренним.
— Мои соседи, например, два таких табуна содержат. Один принадлежит мужу, другой поменьше жене. А иначе, как они докажут свое право на благородство? — Ирина уже улыбалась, представляя своего соседа Журавлева, торопящегося как всегда на очередную бизнес встречу на лошадях, запряженных цугом? И его жену Анжелу, отправившуюся на шопинг или фитнесс, в открытой коляске, с вожжами в ухоженных руках.
Похоже, шокировать местное население причудами моего родного мира станет у меня любимым развлечением, — с удовольствием подумала Ирина.
За два месяца, прошедших с момента появления Ирины и Эль в трактире, жизненный уклад окончательно сложился. Благодаря широкому кругу знаний и увлечений, Ирина без труда нашла общие интересы с каждым работником. Хотя, главную роль сыграло искреннее желание влиться в новый коллектив. За что еще можно было уцепиться в этом чужом, хотя и не враждебном для нее мире, кроме крепких человеческих отношений? Родители, брат, друзья, собственная квартира и приносящая небольшой, но стабильный доход, любимая работа — это фундамент, на котором держалась вся ее жизнь в родном мире. Он просто исчез из под ног, и срочно требовалось возвести новый.
Работа в трактире занимала большую часть дня. Все свободное время Ирина посвящала Эль или знакомству с городом и его культурой, чаще всего в компании Милена или Ады.
Такая же странная, как и ее собственная история появления Аделины в городе, рассказанная Агваном, не выходила у Ирины из головы. Чем больше она узнавала Аду, тем больше удивлялась: что могло заставить молодую привлекательную девушку из благополучной семьи, с уравновешенным характером без авантюрных склонностей, оказаться в лесу израненной и в полном одиночестве?
Безупречно тактичная Ада не допускала никаких вопросов, касающихся прошлой жизни Ирины, что не позволяло Ирине в свою очередь задавать встречные вопросы. Аделина, тем не менее, охотно делилась с Ириной традициями и обычаями местного общества.