Тварь долгую секунду смотрела на болтающуюся на коже и сухожилии руку, а затем на меня. И приняла решение убежать, словно робот разворачиваясь на пятках. Только кто бы этой суке позволил уйти? Азарт погони мощно взыграл в крови отводя на второй план усталость, общую слабость, боль ранений, и здравый смысл.
Кривая развесовка тела, удручающе сказывалась на скорости конструкта, и догоняшки не продлятся долго. Догнал борзого урода я на первой десятке метров, левой рукой схватив за “хвост”, со всей дури загнав лезвие в основание чужеродной конструкции, так что гарда утопла во плоти выдавив кровавую жижу наружу. Тварь упала на землю хрястнувшись рожей в каменистую землю и я скаканул следом впечатав колени в спину. Пяток яростных ударов клинком полностью лишили подвижности тентаклю заодно перебив позвоночник в грудном отделе и отключив верхнюю половину. Дергалась только волосатая жопа. Хотел было продолжить экзекуцию, но внезапное понимание холодом прошло по нервам выталкивая ярость. Я превращаюсь в ё…….о маньяка и начинаю кромсать плоть без всякой на то причины. Моя цель не в вивисекции, а в простой ликвидации этого существа доступными методами. Для этого достаточно просто поразить сферу спрятанную в животе.
Выдохнув, коротко ударил пару раз между почками и позвоночником, закончив жизнь этого недоразумения. Немного расширив рану, сунул внутрь руку и забрал сущность.
Получено 967 единиц Жизненной сущности тип F.
Больше проблем от этой х…и чем прибыли. Встал и пошатнулся чертовски вело в стороны после того как раж схлынул, слабость во всём теле только прогрессировала, а уж о том что нога адски болела старался не думать.
— Борь ты как? — обеспокоенно спросила Любовь встав неподалеку.
Вот ведь зараза. Мало того что ещё тут торчит так ещё и подкралась так что не заметил. Хотя я так увлёкся что будь на её месте грузовик не обратил бы внимания пока терзал эту жалкую пародию на скорпиона.
— Лучше всех. Есть чо пожрать?
— Эм… лапша есть. Будешь?
— Сойдёт. Сходи там возле забора чемоданчик забери. Пи….ей потом получишь, — махнул я рукой и побрёл хромая в недра помещения.
Сзади обиженно пискнуло:
— За что? — но мне лень было отвечать и вскоре я зашел в тень строения на миг отдавшись ложному чувству долгожданной безопасности.
— СТОЯТЬ НА МЕСТЕ КОЗЁЛ! — железно рявкнули сзади.
Невольно замер на месте, ещё раньше чем успел осмыслить услышанное. Голос явно привык отдавать указания, чувствовалась в нём немалая воля и умение направить людей делать то что нужно. И в тоже время явно женский, хотя можно спутать и с подростком мужского пола, сейчас добавилось хрипотцы. Надежда?
— Руки за голову. И не смей оборачиваться. Одно лишнее движение и ты труп.
— Надя у тебя что последняя извилина выпрямилась? Какого х. я ты творишь? — воскликнул я заложив руки за голову.
Спорить с тем кто любит и умеет стрелять глупо вдвойне, да и тон говорившей не допускал и намёка на шутки.
— Поговори у меня мудак. Следовало тебя сразу пристрелить, но я не такая ненормальная как ты.
— Да ты ещё безумней сучка! Опусти автомат, или будешь кормить червей, — в разборку влезла Любовь.
Ох, вот ведь даёт. Где только слов таких набралась? Отдаёт дешёвыми боевиками.
— Ты думаешь он хороший? Он тебя просто использует.
— Во всяком случае получше тебя.
Мне мягко говоря надоело стоять спиной ко всему происходящему, а ещё у меня тупо дрожали ноги от слабости и я боялся схлопотать пулю если вдруг начну падать. Так что медленно повернулся надеясь что она всё же не осуществит угрозу.
Зрелище Воронцова из себя представляла жалкое. Такое что впору бомжам её пожалеть. Разгрузка висела лохмотьями, два крайних магазина чудом оставались в своих кармашках, штаны на коленках продраны, а в прорехах виднелись ободранные ноги. Вся растрёпанная и грязная как работник угольного забоя. А запах от неё доносился через десяток метров, притом том что едва заметный ветерок дул сбоку, а не на меня. Ну и разумеется пахла она не розами, а тем от чего они вянут. Только один старый АК сверкал чистотой, смотря мне в грудь. Любовь стояла чуть в стороне и целила в голову неопрятной воительнице.
— А ну замри!
— Да замер, я замер. Может расскажешь какая тебя муха укусила?
— ЧТО?! Да ты совсем о…л? Бросил меня там чтобы самому убежать. Думал этот мордоворот сначала меня будет убивать? А вот х. й тебе! Не зря я собиралась в обезьянник тебя затолкать и допросить с пристрастием. Как знала.
На миг пожалел что толкнул её в грудь, а не ударил по колену. С другой стороны чего стоило ожидать от этой женщины? Уж точно не любви и понимания.
— Видишь ли в чём дело Наденька, — размеренно начал говорить. — Об этом чуваке тебе я уже рассказывал, и у него личный счёт ко мне. А своими действиями спас твою жизнь. Другим повезло гораздо меньше, и сейчас они в лучшем случае напоминают кучу фарша, разве что кроме дочки Антона, забыл как её зовут. Точнее звали ведь теперь она поломана пополам. Ну а ты не утруждайся сильно, когда будешь благодарить.
— Другим лапшу на уши вешай. Хватит и того что солгал про торговца и про бог знает что ещё.
— Знаешь? Я устал тебя убеждать, — и затем обратился уже к Уткиной. — Люба опусти пистолет.
— Но…, — попыталась та возразить.
— Никаких но, ставь на предохранитель и убери оружие. Любой громкий звук привлечёт "его", — выделяя последнее слово, попытался подпустить в голос трепета.
— Я не куплюсь на твои уловки! — заметно снизив громкость вскрикнула Воронцова.
Уже купилась сама того не сознавая, даже не ожидал что всё выйдет настолько просто. Встреча с Сайкрасом никого не оставляет равнодушным и Надежда это наглядно продемонстрировала. Развернувшись, не спеша направился внутрь, ожидая в любой момент получить парочку пуль промеж лопаток — всегда есть место случайности. Шаг за шагом в спасительную темноту здания, а выстрела так и не последовало. Как только скрылся от пригляда Надежды шумно выдохнул, маска невозмутимости при расшатанных нервах давалась тяжело.
— Что? Милая бранится? — в темноте сверкнула улыбка.
— Дуло ты всё ещё живой что-ли? Пора исправить это досадное недоразумение.
— Эй полегче, я же только разрядить обстановку, — и видя что никаких членовредительских действий против него не принимается добавил. — И хватит меня дулом называть, это неприятно.
В мозгу сразу всплыло воспоминание ещё с одним притворно оскорблённым и рука сама собой потащила из кобуры пистолет.
— Ладно, ладно, не такое уж и плохое прозвище, — выставил он руки вперёд. — Дуло. Мне даже начинает нравится, что-то в нём есть.
В тени возле верстака где располагался лежак заметил шевеление, а сзади раздались лёгкие шаги.
— Люба, кто здесь ещё? — спросил не оборачиваясь.
— Они хорошие. Мы помогли им укрыться от того мутанта, но дедушку ранили.
— Я не настолько старый чтобы меня называли дедушкой, — заметил хорошо поставленный голос в темноте, и закашлялся. — Позвольте представиться Аркадий Спартакович Никольский доктор физико-математических наук. А это Алексей Ковалёв, аспирант нашего НИИ.
— Борь ты ж врач, помоги ему, — попросила Любовь.
Вот так нефига себе, мне самому бы врач пригодился. И настоящий, а не жалкое подобие, способный разве что дырки штопать тяп-ляп, да шины накладывать.
— Тебя Любонька понесло не в ту сторону. Я простой строитель. Ну может не совсем простой, но уж точно не врач или кого ты там себе вообразила.