— Давай дальше сама, — поставил Уткину на ноги.
— Ай, ты мне все отдавил, — она поморщилась разминая затёкшие места.
— Оо, простите холопа! В следующий раз захвачу седло.
— Я не то имела ввиду…
— Не прибедняйся, пусть в следующий раз ещё подушек прихватит, — вступила в разговор Надежда. — И ёлочку повесит, а то запах ещё тот.
— А мне нравится как пахнет!
Это последнее что донеслось до моего слуха, так как я удалялся, да и вообще не собирался слушать бредни которые они несут во время разборок. Впереди стояло обветшалое, одноэтажное здание из кирпича, без окон — лишь дверь. Судя по вывеске о ремонте бытовой технике внутри должно быть пусто. Подойдя ближе дёрнул металлическую дверь отвратительного синего цвета на себя. Заперто. Тем меньше шансов нарваться на нежеланных хозяев. Имеющиеся в наборе отмычки явно не подходили к широкой скважине замка, и оставалось только применить самую надёжную — монтажку. Вогнать остриё под лист металла получилось раза с восьмого. И я уже собирался потянуть на себя используя ломик в качестве рычага, как дверь резко отворилась и из проёма начал высовываться ствол ружья. Не растерявшись начал уходить с траектории огня, благо это оказалось легче лёгкого, благодаря инерции набранной когда не встретил сопротивления при рывке. Человек находящийся внутри попробовал открыть дверь, но я уже держал её снаружи не позволяя сделать этого. И тогда он сделал вторую ошибку, попытавшись выйти. Со всей силы толкнул его створкой зажимая. Ружьё выскользнуло из придавленных рук под крик боли. Подскочив, с глухим стуком впечатал голову агрессивного мужика в кирпичную стену. Такого его голова не выдержала и он упал на колени потеряв ориентацию и сознание. Не теряя времени убедился что в проходе больше никого нет и начал обыскивать карманы пока он не пришёл в себя. Добычей стали: сигареты, 4 патрона 12 калибра с картечью четыре ноля, коробок спичек, и пачка презервативов. Похоже этот чувак не терял надежды на светлое будущее.
— Что здесь произошло? — спросила “вовремя” подошедшая Надежда.
— Напал на меня, сволочь такая. Чуть не пристрелил, — в это время я подпирал спиной дверь, закрыв глаза.
— Он живой?
— Вроде.
Дождавшись когда глаза привыкнут к темноте, подхватил бессознательное тело и распахнув дверь ногой двинулся вперёд прикрываясь им. Тусклый свет просачиваясь со спины позволял вполне осмотреть представленное помещение. По левую руку расположилась батарея стиральных машин разной степени разобранности, вдали возле дальней стены стоял верстак освещаемый из крошечного окна под потолком, оно же как полагаю являлось и вентиляцией. На правой стороне виднелось пара дверей. Заглянув в одну, не нашёл ничего интересного кроме кучи бумажек и папок для документов. Скорей всего никого тут кроме этого балбеса нет, да и руки уже устали таскать ещё и эту тушку. Выбросил его из кабинета прямиком на бетон основного цеха и наскоро скрутил руки за спиной куском алюминиевого провода в несколько слоёв. Закончив, приоткрыл вторую дверь, за ней находилась маленькая раздевалка со шкафчиками и ещё пара дверей с красноречивыми картинками: душ — лейка, туалет — унитаз. В маленькой уборной не нашлось ничего интересного, а вот в довольно просторной душевой выложенной дешёвым коричневым кафелем заметил движение в темноте возле дальней стены стоило открыть. Сразу уйдя за стенку, затаился. Напрягшись стал ожидать нападения, однако до слуха доносилось лишь слабое позвякивание металла о кафель. Взяв трофейный коробок достал горсть спичек, шаркнув о чиркаш забросил внутрь, следом полетело полотенце схваченное со скамейки рядом. И уже после рискнул мельком заглянуть внутрь. Возле стены стояла голая женщина прикованная цепями к кольцам под потолком, догорающая жменя спичек напоследок подсветила округлые ягодицы пленницы и потухла. Вот кусок говна вонючего, такое сокровище здесь захватил. Надо будет ему мораль почитать перед смертью.
— Эй, ты там как? — подсвечивая осточертевшей зажигалкой, зашёл внутрь.
— Бруээээ, — издала нечленораздельный звук пленница и попробовала повернуться, но цепи ей не дали.
— А по русски умеешь? — подошёл ещё ближе
— Блуээ? — тут она начала рычать и пытаться укусить меня. Однако цепи держали надёжно и примерно в одном положении.
Да этот чёртов маньячила как консерву мутантшу заготовил. Хотя погодите-ка, она же голая и в душе, какая нахрен консерва? Вот извращенец!
Выйдя в обратно в цех застал там всю свою “команду” в сборе, пытавшуюся разглядеть в темноте окружение.
— Делаю вам последнее устное замечание. За то что зашли прежде, чем я проверил помещения.
— У ты какой грозный, — саркастически выдала Воронцова. — А после что, выговор в личное дело?
— На улице опаснее, — не стала молчать Любовь.
— Дело в том что своими действиями вы обе подвергли как свою так и мою жизнь не оправданной угрозе. Здесь мог сидеть как отряд боевиков так и толпа мутантов, не говоря о том что я сам вас в этой темноте мог пристрелить по ошибке.
— Ааа, чёрт возьми ты прав, — запустила себе руки в волосы Надежда, как будто в смятении. — Но с тобой не понятно как действовать. Молча идёшь и творишь всякую дичь. И я просто не знаю что от тебя ожидать, ножа в спину или ещё какую свинью подложишь.
— Во первых меня не стоит перебивать так как я не закончил. Выговор в личное дело ты не получишь, просто разорву все отношения и договорённости. И можешь идти искать дневник своей бабули самостоятельно. Вся как ты выразилась “дичь” направлена исключительно на одну цель, это повысить шансы на выживание. Любыми способами.
— Я извиняюсь что вмешиваюсь, — прокашлялся очнувшийся пленник. — Но очнувшись я обнаружил что связан, не могли бы вы снять путы.
— Заткнись, — резко высказалась Надежда не поворачиваясь. — Ответь, можно ли тебе доверить спину в сложный момент? И без твоих шуток в стиле “передумал”.
— А это была не шутка, да и как бы очень вовремя ты такие вопросы задаёшь. Без меня, ты уже давно могла играть роль собачьего корма.
— Твою мать! Просто скажи честно, прямым текстом.
— Да, можно.
— Я уж думала ты как нормальный человек разговаривать не умеешь.
— Уважаемый абонент, лимит пользования услугой “банальные ответы” израсходован до следующей недели, — прогундосил я зажав нос. — Любонька может у тебя тоже есть вопрос?
— Ну вообщем да, — она замялась, а я скривился. От неё ещё не хватало. — Может освободим этого мужчину? Ему же неудобно так.
— Ох деточка, добрая ты душа, — как можно ласковей попробовал произнести я. — Мы сейчас сами его освободим. А ты можешь пока в душ сходить. Там кажется вода есть, свечку только на верстаке возьми.
— Правда? — её глаза казалось засветились в темноте от переполняющей радости.
— Давай шустрей, пока не передумал, — грозно прикрикнул. — А ты, — обратился к Надежде, — Всё что улице было занесла внутрь?
— Кажется да.
— Вот иди убедись, чтоб не казалось, — пока она шла к выходу, подготовил пару табуреток и на одну усадил пленника, так чтобы свет из под потолка светил ему в лицо. — Ну а теперь, наконец настала твоя очередь, любитель пихать своё дуло куда попало.
— Хех, шутку оценил. Ну сам посуди, что мне было делать когда ты стал ломиться внутрь? Нет бы постучаться, представиться. А вот девочку ты зря туда послал. Мне следовало предупредить её, — посетовал оппонент так, что я не мог разобрать врёт он наполовину или полностью.
— Чем занимался до всего этого?
— В смысле? Кем работал? Так это, продажник я, — немного удивился небритый. — Ну и с другом это место на отшибе выкупили хотели бизнес свой завести. Да вот не срослось.
— Оо, продай мне эту ручку, — передал ему ручку от разборной отвёртки с верстака.
— Издеваешься? — он с грустью покосился на связанные за спиной руки.
— Разумеется. Пока что, это единственное что в тебе есть интересного.
В это время со стороны душевой раздался визг и оттуда хромая выбежала Любовь, глаза были распахнуты во всю ширь.