– И он пропал в Казематах! – Последнее наименования так же царапнуло слух, но я был занят происходящим, да и мало ли как что называлось. Люди везде люди. Голос женщины же набрался силы, и теперь она не смотрела в пол, а вцепилась глазами в лицо Аристида. – Ты обещал мне, что присмотришь…
– И я присматривал, – а не, он всё ещё умеет рычать, как раньше, – но я не всесилен! Твой старший сын был обвинён в изучении кровавой магии! Да только из-за этого наше семейство потеряло в своих позициях! Род Амелл стар, и могуществен, но ты и Лиандра просто стремитесь его уничтожить! Не просто маг, а маг крови!
– Дядя! Он не мог…
– Ревка! Слушай и не перебивай. Я не твой отец, но всё ещё глава рода и могу отлучить тебя от рода. Я не смог сохранить твоего первого ребёнка, не после таких обвинений. Я не приказываю, а прошу тебя покинуть Вольную Марку. У тебя ещё четверо детей, старшему, – он бросил быстрый взгляд на крапуза, – скоро пять. – Погодите, ему пять? Я совсем не разбираюсь в детях, это точно. – Неизвестно ещё, окажется ли он магом. Но в Казематах ему точно ничего не светит. Отправить тебя и твоих детей в более безопасное место – это всё, что я смогу сделать.
– Будь ты проклят!
А вот последнюю фразу Ревка и пацан, кажется, произнесли синхронно. И оба эту фразу прошептали. Но судя по тому, что я видел, проклят мужик был и без их пожеланий.
Дверь захлопнулась сама, буквально вырвавшись из рук пацана. А рыдания доносились теперь снизу, из-за последней двери с золотой ручкой. Была только одна проблема – я стоял на пути к этой двери. Стоит пацану обернуться, и он меня моментально увидит. И что делать в этой ситуации я не знал. На мою робкую попытку открыть первую дверь, та отреагировала весьма индифферентно. А пацан тем временем начал оборачиваться. Вот он повернул полкорпуса, вот повернулась в мою сторону голова. Вот он поднял на меня взгляд зелёных глаз. В них застыла безграничная тоска и страшная мука. Но моё присутствие, судя по всему, ему было до лампочки. Он меня точно видел, ибо выражение лица сменилось на секунду со скорбного, на удивлённое. Но ни комментировать, ни как-то иначе выражать своё отношение к моему нахождению тут он не стал. Просто протопал мимо меня вниз, направляясь к третьей двери. Ну а я, конечно же, за ним. Третья дверь – одна из тех, что открыть мне не удалось при всём моём желании. И увидеть, что там было, куда как интереснее, чем выяснять, почему я пацана не особо заинтересовал.
А посмотреть было на что. Комната так же, как и мой чулан, была чужда этому дому. Кладка совсем уж дешёвая, да и из-за окна доносились запахи совсем иные, не те, что появились в остальном доме с приходом мальчишки. Из-за окна, прямо скажем, воняло. Воняло мокрой псиной. Что-то опять промелькнуло в голове, но собравшаяся сценка из фантомов и одного мальчика выбила эту умную мыслю. От неожиданности. Да, по началу, как и в прошлых комнатах, было марево, зачем появилась из этого марева уже Ревка. Странным было то, что напротив Ревки встал пацан, а не фантом.
– Матушка…
– Матушка!
Ещё одна странность в этой сценке – пацан говорил на два голоса. Один более звонкий, как будто кто-то ещё должен был быть в этой комнате. Другой принадлежал пацану и был глухим от тоски.
– Дайлен, мой мальчик. Я не смогу больше быть с тобой. Ты должен стать сильным, должен хорошо учиться и не забывать меня.
– Почему я должен уйти, мама… Это потому что я проклятый?
– Почему я должен уйти, мама? Это потому что я странный?
– Ты не проклятый, Дайлен. Я слышала тех, кто говорят, что это дар Создателя своим детям.
– Если это дар, то почему я должен уйти?
– Если это дар, то почему я должен уйти?
– Если не уйдёшь, то не научишься его контролировать и можешь случайно нанести кому-то вред. Если ты будешь сильным магом и прилежным учеником, то однажды сможешь найти меня.
– Но я не хочу…
– ЗАТКНИСЬ! – А вот это было неожиданно. Криком пацан заставил второй голос замолчать и дальше продолжил в одиночестве:
– Ты бросила меня. Ты оставила меня потому, что я проклят, потому что я обречён, потому что моя кровь порчена! Ты не любишь меня, ты презираешь меня, лучше бы ты убила меня!
С каждым словом фантом терял в чёткости, расплывался. Но вновь и вновь пытался собраться в единое целое и что-то сказать. Это было странно, и казалось мне важнее истерики пацана. Потому я решил вмешаться. Я вошёл в комнату и прикоснулся к фантому Ревки. Под рукой ощущалась какая-то очень лёгкая структура, как будто тень от тени… Сложно объяснить словами. По ощущениям – как паутины коснулся. Не то же самое, но очень близко. Коснулся и направил желание поделиться энергией, чтобы дать фантому сказать то, что он хочет. Структура обрела объём и плотность. Теперь от человека она хоть и отличалась, но не так существенно, как раньше. Фантом улыбнулся мне с благодарностью и обнял Дайлена. Судя по лицу пацана, его это шокировало не меньше моего.