– Понял, не дурак. Дурак бы не понял, – буркнул я, вставая и направляясь в лес.
Подходящее место нашлось быстро – всего в двух минутах ходьбы я нашёл небольшую поляну, которая, как мне казалось, была надёжна скрыта от любопытных глаз. Начал я с того, что снял протез руки – сейчас он будет лишь мешать. Внутри него обнаружилась куча чёрной жижи, которую я выжег огненными заклинаниями. Похоже, это остатки от моих предыдущих попыток: что бы я ни делал, пытаясь воплотить руку, итог был пока что один. Затем я всё же воплотил руку вновь – она нужна была для дальнейших экспериментов. Времени её существования без заразы хватит на мои опыты. На поляне отчётливо запахло миром за Завесой – сила Тени могла проявлять себя по разному, но у меня почему-то был именно запах. Затем призвал призрачный клинок – проверять буду именно на нём. После этого закрыл глаза и глубоко вздохнул. Три, два, один... Я высвободил полную силу себя, как Духа.
В-ш-ш-ш! С громким шипением, будто вода попала на горячую поверхность, клинок преобразился – стал длиннее, шире, его рассек узор из трёх сине-зелёных полос, и он завибрировал, как живой. Рука так же преобразилась: если воплощение просто создавало обычную человеческую руку, то призыв силы Духа это воплощение полностью искажал – рука становилась полностью белой, полупрозрачной, становилась больше похожа на стальную перчатку, пальцы которой оканчивались когтями. Руку так же рассекал узор из сине-зелёных трещин, из которых, казалось, тёк туман. Я сотворил отражающую поверхность. Выглядело это светопредставление со стороны крайне интересно. Изменилось так же и лицо – из глаз тёк тот всё же сине-зелёный дым, они сами были заполнены этим светом, и от них по лицу расползалась всё та же сетка трещин. Мои доспехи, в которые я был одет, изменили цветовую и световую окраску: все лириумные прожилки стали в тон руке и глазам – сине-зелёными. Я ухмыльнулся и добавил к силе Духа силу Крови. Теперь меч изменил свою окраску: стал кроваво-красным, по нему стали пробегать чёрные разряды, что слабо, но всё же было заметно в темноте леса. Рука тоже преобразилась: стала чёрно-багровой, всё с теми же сине-зелёными прожилками, а в глубине светящихся глаз появился чёрно-багровый зрачок. Доспехи и все трещины на лице приобрели зловещее свечение, а туман, что распространялся из них, стал гуще и заметнее. По ощущениям, я стал сильнее раза в три – и это минимум. Я махнул мечом на пробу – за ним оставался слабо различимый шлейф; я попробовал срубить ветку – даже не почувствовал сопротивления, а ветка, толщиной с запястье, упала на землю; попробовал срубить ствол – дерево заскрипело, начало падать, но повисло, зацепившись короной за соседей. Да я монстр! Только вот... Я облизнул губы и почувствовал привкус железа. Проведя рукой под носом и поднеся её к глазам я увидел на ней кровь.
Итог вышел прелюбопытный: я мог находиться примерно минуту в материальном мире с полной своей силой Духа. Половину от этого времени – если добавить магию Крови. Чем дольше держал после этого времени, тем обширнее становились травмы внутри тела. Оно будто бы отвергало заёмные силы, и чем дальше они присутствовали в теле – тем сильнее противодействовало само тело. Залечивать было пока не сложно, но ощущения... Как когда-то давно: зуд по всему телу, резь... Повторения не хотелось. Но эта мощь... Да, с такой силой и в гордом одиночестве можно на драконов ходить – крылатая ящерица головы лишится раньше, чем успеет понять, что я такое.
К костру я вернулся крайне довольный. Дункан странно на меня посмотрел, но промолчал. Я тоже не стал заводить разговор, хоть и жуть как было интересно, что он видел со стороны и видел ли хоть что-то. Но, если старый Страж не хочет начинать разговор, то я сам тоже лучше промолчу.
– Ложись спать, Дайлен. У тебя был тяжёлый день и насыщенная ночь перед ним. Тебе стоит отдохнуть.
И я последовал совету старшего товарища.
Глава 23
Путь до Бресилиана занял почти неделю. Подружиться с товарищами по несчастью не получалось: эльфийка высокомерно фыркала каждый раз, когда я пытался с ней заговорить, а гном, хоть все наши разногласия и были решены, всё время ходил мрачный и хмурый. Я понимал их обоих: тяжёлые потрясения, и всё такое, но разве нам не стоит всё же пытаться становиться командой? Каковы бы ни были проблемы прошлого, нас ждёт мрачное будущее, перед которым это самое прошлое может показаться детским лепетом. И это не шутка.