– Что это с ним?
Храмовники переглянулись. Четверо подхватили припадочного под руки и пошли в сторону. Пятый посмотрел мне в глаза:
– Один ты тут не останешься.
– Ну, у тебя выбор не велик. Либо я остаюсь тут один и завтра мы едем в Башню, либо я остаюсь тут не один и завтра в Башню я еду всё ещё не один, но не с вами. Я почему-то верю, что Эдукан вам обрезание на голову устроит. А ты?
– Только попробуй не явиться…
– Моя филактерия в Башне Круга. Вы найдёте меня и на другом конце Света. А я не тупой и понимаю, что тогда со мной будет. Ждите завтра до заката. Если не объявлюсь – считай, что я сбежал. А сейчас мне надо закупить партию демонова лириума.
И я обернулся к торговцу. Тот смотрел на меня печальными глазами. Вот честно, если бы не четырёхчасовые торги до этого – я бы даже поверил в эту пантомиму. Но сейчас, я уже просто молча протянул свиток с договором. Торговец тяжело вздохнул и поставил туда свою печать. Затем махнули рукой усмирённым и потопал в сторону склада.
– У тебя время до завтрашнего вечера…
– Не переживай, я помню. Мне ещё эту партию надо будет до Врат довести и проследить за погрузкой. Так что ты со мной будешь шляться ещё часа четыре точно. Успеешь мне плешь проесть.
Храмовник только зубами скрипнул и сказал:
– Идём.
* * *
Орзаммар поражал. Орзаммар восхищал. Орзаммар угнетал. Как же тут жарко, мама дорогая. Я искренне не понимал не только то, как местные бородачи носят свои доспехи и тяжёлые одеяния, но и как они в целом тут со своими густыми бородами живут. Я сопрел за полчаса и, по тихой грусти, уже часа два охлаждал тело под одеждой заклинаниями мороза. Храмовник косился на меня, но молчал. А мне было искренне интересно, насколько его ещё хватит?
– А мне не наколдуёшь? – Два часа, да это рекорд!
– А раньше бы попросил, было бы проще…
Судя по благодати, растекшейся по лицу храмовника, кто-то только что кончил.
– Спасибо.
– Обращайся.
Ага. Я не злопамятный, я всё записываю. Относитесь ко мне по-человечески и получите от меня такое же отношение.
Лириум грузили быстро. Усмирённые попались опытные и делали всё без нареканий. Такими темпами у меня ещё с час будет свободный, смогу прогуляться по лавкам и кузницам, а затем пойти во дворец. На плечо опять легла чья-то рука в перчатке. Да что вам всем от меня…
– О том, что было внизу, в Башне не говори, идёт?
– Да мне и не надо будет, по его внешнему виду понятно, что он не в себе.
Храмовник обернулся на припадочного.
– Это дела ордена. Прошу тебя, в Башне о его поведении всё же умолчать. Тогда мы подождём ещё сутки, прежде чем броситься на поиск.
– Это, конечно, хорошо, но сутки в кармане не звенят…
А что? Припадочному точно на пенсию пора. Скажу я чего или нет – ничего не изменится. А так, если ребята хотят, чтобы я молчал, то пусть скинутся мне на материалы. Как раз эскиз перчатки подходит к завершению. Материалы уже выбраны, осталось только закупить. Или выбить из Овейна. Но скорее зимой у гномов я снега смогу выпросить, чем что-то у Овейна на свои нужды выбить.
– Здесь сотня. Этого хватит?
Серебра или золота? Хм… В принципе, мне осталась только лириумная пыль и разные осколки драгоценных камней. Сами камни мне точно не достать, больно дорого. За сотню золота, правда, я смогу и камни купить. За серебро – только лириум.
– Если там не медь, то хватит.
Кошель перекочевал мне в руки, а оттуда в котомку. По весу – не золото. Значит, купим пыли.
– Мы ждём два дня. Затем начинаем охоту на отступника.
– Да-да, я запомнил, понял и проникся. Сколько раз ты мне ещё это повторишь?
Храмовник помялся, а потом внезапно протянул мне медальон.
– ????
– Наложи на него те же чары, что были в Орзаммаре. Тут, на поверхности, будет жарко ближайшие дни. А я не хочу сопреть в доспехах.
Ну-ка, ну-ка, храмовник, который не боится магии?
– Давай сюда свою побрякушку. Звать тебя как, стеснительный ты наш?
– Каллен.
Так вот ты какой, северный олень. Нет, его я ожидал не узнать сразу. Но так рано обнаружить рядом с собой…
– Держи Каллен. Если будешь тратить на себя – два дня протянет. Но можешь положить и в повозку, но тогда на большее чем полдня и не рассчитывай.
– Проверяешь?
– Ха-ха. Нет. До завтра.
С этими словами я развернулся и потопал в Орзаммар.
Мог ли я наложить заклинание на более долгий срок? Мог. В амулете был малый полудрагоценный камень, который мог послужить накопителем, так что, ослабленное в сотни раз, заклинание вьюги могло бы и месяц продержаться. Но не стал, чисто из вредности. Каллен, пока ещё добрая душа, махом поделился бы с собратьями по ордену. Но они меня об этом не просили. Конечно, я же грязное и нечестивое создание. А вот сам Каллен таким предубеждением ещё не страдал, или хотя бы сдерживал себя и своё мнение, и относился ко мне пока что как к человеку. Но я же коварный маг. Вот и поискушаю его личным комфортом.