– Дитя, нам необходимо отправиться к Винн и желательно незамедлительно.
– А я…
– Леди Элисса, вам с отцом не стоит вмешиваться во внутренние дела Круга. Обещаю, что вы с Дайленом сможете повидаться сегодня вечером и, если не отбудете, то ещё несколько раз позже.
– Да, Элисса, нам стоит пойти и отдохнуть. Завтра начнём собираться в дорогу, до тэйринга путь всё же не близкий. К тому же, эрл Эамон прислал гонца – порождения тьмы активизировались и стали чаще появляться на поверхности. Это беспокоит и пугает. И при этом Логэйн против возрождения ордена Стражей на территории Ферелдена… Путь будет нелёгким.
– Хорошо отец. Дайлен, мастер Ирвинг, рыцарь Грегор, – иногда Элисса может быть леди и даже приседать в книксенах. Женщины, странные создания.
– Дайлен, нам не стоит откладывать посещение Винн.
Я не понимаю, почему Ирвинг такой смурной и почему так настойчиво тянет меня к Винн? Возражать я, конечно же, не стал – этот визит и так входил в мои планы. Просто он должен был состояться несколько пораньше и после того, как я хотя бы заброшу свой мешок в общагу и переоденусь с дороги, а не после часового разглагольствования на тему моих злоключений. Я уже собирался выходить из кабинета Ирвинга, но тут он протянул мне какую-то коробку:
– Вот, Дайлен. Я уверен, что эти осколки уже точно не навредят. Возможно я был не прав, и это простая статуэтка… Была.
А, ну да. Ещё одна головная боль. Опять что-то придумывать для защиты Элиссы. Но, хотя бы обломки Гоши мне вернули, и кто знает, может я его по следам в Тени смогу отыскать и таки привязать на что-нибудь, чтобы он защитил Элиссу? Я вздохнул и взял коробку:
– Благодарю за это, Первый чародей. – Ага. Не «Ирвинг» и не «учитель». В следующий раз будешь думать, как ломать подарки молодых мальчиков красивым девочкам. А чего, может у меня тонкая душевная организация? Может я ранимая личность, и теперь очень-очень грущу?
К месту пребывания Винн мы отправились таким составом: смурной Ирвинг во главе (заметил, как я его назвал), я, в окружении всё тех же храмовников, как конвоируемый, и молчаливый (до сих пор, что странно) Грегор, который замыкал это шествие. Учеников нам по пути попадалось мало, но и те что попадались, внимания обращали на нас только по началу. Стоило им только заметить меня в «коробке» храмовников, как тут же весь интерес у них куда-то пропадал. То ли все уже знают, что со мной приключилось, то ли я в окружении храмовников конвоируемый куда-то стал уже обыденным зрелищем. Даже и не знаю, что лучше…
У Винн сегодня не было занятий, так что она предавалась праздному ничегонеделанию в больничном крыле. Ну, пока мы к ней всей дружной толпой не ввалились. Судя по выражению её лица, видеть меня опять в окружении храмовников ей было неприятно.
– Ирвинг, Грегор, что этот сорванец опять натворил, и почему вы привели его сюда?
– Выйдите, – велел Грегор храмовникам.
Когда в палате остались только Винн, Ирвинг, я и Грегор, рыцарь командор взял стул и поставил его прямо перед дверью, а затем уселся на него, сложил руки на груди и молча уставился на меня.
– Дайлен, покажи Винн свою руку!
– А что у него с рукой, Ирвинг… Создатель сохрани, кто тебя так, дитя?
– Расскажи ей тоже.
И я уже второй раз за день начал повторять свой рассказ, закатав рукав и давая Винн себя осмотреть. Её, правда, не интересовали подробности быта гномов, зато она внимательно слушала всё, что я говорил про рану, и задавала уточняющие вопросы: какой характер заразы был, какие симптомы, что я чувствовал, как боролся, какие мази мазал, какие лекарства пил, какие плетения применял, в каком порядке и так далее. И это был тот ещё выматывающий допрос, который длился не менее полутора часов. И всё это время Винн что-то постоянно применяла и смотрела на меня всё более и более хмурым взглядом. После допроса меня и вовсе уложили на кровать, стянули рубаху и начали рисовать на мне руны для диагностики. И тут я уже начал нервничать: я как-то надеялся, что Винн мне просто руку починит, но судя по тому, что она всё ещё изучает место ранения – тут всё не так просто, как я бы того хотел. Под диагностическими плетениями я пролежал ещё около часа, а затем Винн сняла их и велела мне сесть.
– Мне жаль тебя расстраивать дитя, но я не могу восстановить твою руку. Тот яд, что попал в твой организм, нарушил всю структуру каналов в руке. Останься они на месте – и я смогла бы медленно и постепенно нарастить каркас из плоти и кожи, но сейчас…