– Всё готово к последней стадии. И, надеюсь, ваши руны были нарисованы не зря.
Больше он не проронил ни слова. Храмовники прицепились было к нему с вопросами, но усмирённый просто очень долго их изводил теорией. Много позже я смог его выловить без храмовника за спиной и задать всего один вопрос:
– Почему?
На что получил краткий, но ёмкий ответ:
– Не все из нас готовы подчиняться любому храмовнику или магу. Просто спорить – не рационально. Но рациональное мышление не лишает нас выбора. И я выбрал молчание. Твои руны не несли в себе вреда, они направлены на то, чтобы не выпустить вред наружу. Держать вред под контролем – рационально.
Больше я никогда не смог пересечься с этим усмирённым.
Артефакт вышел славным. На него ушёл тот самый сильверитовый слиток, что мне однажды подарил Грегор. По всей поверхности сильверита шли руны, что извивались красивыми завитушками, а в них сиял всеми оттенками синего лириум. На свету перчатка сияла серебром, а во тьме могла вполне служить источником света – синего, непривычного, но достаточно яркого. И управлялся он моим желанием как настоящая рука. По сути это была отличная замена для руки – разве что чувствительность была нулевой. И да, внутри артефакта, как только я его нацепил, я один раз воплотил руку. Никаких эманаций Тени наружу не пробивалось, но развоплотить руку обратно всё же пришлось – судя по всему, чернота снова полезла по воплощённой руке, потому как она начала болеть.
Винн всё же не смогла ничего сделать с дрянью в руке – хоть и изучала её постоянно, не только сама, но с привлечением всех прочих хоть сколько-то знающих магов. Звали даже мага разрывов, но никак не продвинулись в понимании болезни. В итоге вердикт был вынесен такой – это скверна, просто я её как-то умудрился ослабить, и списали всё на удачу, и волю Создателя.
Грегор больше не подпускал меня к тренировкам с храмовниками, так что пришлось искать себе напарников среди магов. Магов моего возраста со специализацией на ближнем бое было не много, и они были откровенными середнячками – я побеждал их в буквальном смысле одной левой. Маги постарше за счёт своего опыта делали уже меня, но я с удовольствием учился у них. И да, я наконец-то стал на путь обучения рыцаря-чародея. Обучали меня охотно – моя перчатка и глубокая связь с Тенью за счёт моего «особенного» положения давала мне существенный бонус к моим возможностям. Так, например, тот же духовный клинок или теневой плащ, которые прочие чародеи могли поддерживать не больше десяти секунд, я держал около секунд пятнадцати. Мог бы и больше, но не показывал, чтобы не вызывать лишних подозрений. И так Грегор, который присутствовал на моих тренировках, постоянно хмурился, но молчал – хоть и не совсем обычно, но и не экстраординарно. Параллельно с рыцарем-чародеем я так же учился и на воина-мага. Меньше было махания мечами, больше самой магии, но всё ещё магии ближнего боя. Я старался вобрать в себя как можно больше знаний – Мор близко, и я не был уверен, что с текущими силами я его хотя бы переживу, не то, что остановлю. До прочих специализаций я так же планировал добраться, но позже – стоило стать достойным хотя бы в текущих. Так прошло ещё полгода.
Эндрин обещание сдержал. И его подарок стал для меня настоящим шоком: броня была просто великолепна, такой я её и запомнил ещё из прошлой жизни. Длинная накидка сверху, закрывающая всё тело, вплоть до середины голени, высокие сапоги, плотный воротник, закрывающий шею, мощные наплечники и пара перчаток, одна из которых мне, кажется, пока не пригодится. Но что поражало сильнее всего – это материал. Драконья кожа и кость были искусно переплетены с сильверитом и лириумом, создавая невероятный и неповторимый узор.
К доспеху прилагалось небольшое письмо:
Приветствую, ещё пока что ученик Круга Дайлен. Это не официальное письмо, так что не жди тут долгих расшаркиваний и титулований. Я помню о своих обещаниях, как помню и то, кто спас моего сына. Эту броню собрала Совершенная Бранка, которая сейчас готовится к походу на глубинные тропы, хоть я этого и не одобряю. Работая над твоей броней, Бранка сокрушалась, что она не так хороша, как прошлые Совершенные, и желала стать лучше. Она вбила себе в голову, что найдёт Наковальню Пустоты и станет величайшей Совершенной народа гномов. Дюран так же передаёт тебе свои искренние соболезнования, и просит принять от нас сей дар. Я сделал всё, что было в моих силах, зачарования – это уже по твоей части. Надеюсь, этот доспех послужит тебе достойно.