Жрец снова запел, отстукивая концом посоха ритм. Все ящеры на площади упали на колени и начали тянуть одну ноту. Красное свечение вокруг алтаря вначале усилилось, а потом погасло. Человек на алтаре закричал, а сам алтарь вспыхнул пламенем в несколько метров высотой.
А затем камень треснул и развалился на кучу обломков. Пламя, взвившееся почти до небес, угасло. Ящеры, стоящие на коленях, умолкли, а жрец выронил свой посох из рук. Похоже, что ритуал пошел не по плану.
Человека на обломках алтаря я не увидел. Ничего не осталось, даже костей. Пламя успело сжечь все, хотя и горело всего несколько секунд. Из обломков алтаря начали выходить струи черного дыма и собираться в тучу в нескольких метрах над землей.
И тут я услышал Голос. Услышал не ушами, а как будто бы всем своим естеством. Для того чтобы услышать его, уши были не нужны. Это был голос существа, чье могущество вообразить было невозможно. Это был голос бога. И говорил он на языке ящеров.
Ящеры тоже услышали этот голос и распростерлись ниц. Даже их жрец сейчас находился в такой же раболепной позе. Бог что-то говорил, и от каждого его слова все мое тело вздрагивало, как от электрического удара.
А потом я почувствовал, что больше не могу так. Кто я такой, чтобы прятаться здесь, в тени, когда ко мне обращается такое существо. Когда ко мне обращается Господин. Да, Господин обратился ко мне, а я даже не поприветствовал его должным образом. За это мне, как минимум, полагается умереть. Но только после того, как упаду перед Господином на колени.
Мои ноги сами вздернули тело в стоячее положение и попытались повести тело вниз, на площадь. Чтобы там упасть ниц перед своим Господином и разбить себе лоб о камень алтаря. Но рука, судорожно вцепившаяся в обломок стены, не давала этого сделать. Кольцо, подаренное Ирен, невыносимо жгло палец на этой руке.
Кольцо надо снять, решил я и попытался сделать это. Но, для начала, мне нужно было оторвать свою руку от стены, а этого у меня не получалось. Пальцы как будто срослись со стеной. Никакими усилиями я не мог разжать их хватку.
Эта рука мешает преклониться перед Господином. Значит, она не нужна и от нее стоит избавиться. У меня нет ничего, чем можно это сделать, но у Ирен есть нож. Можно попробовать отрезать руку им. Я перевел взгляд на Ирен. Ее губы беззвучно шевелились. Хотя нет, что-то она говорила. Может, воздает хвалу нашему Господину? Я попытался прислушаться.
— Потомки Великого не встанут на колени пред тобой, — она повторяла эту фразу снова и снова, как мантру.
Ее руки тоже сжимали обломок стены пальцами с побелевшими костяшками. Сама Ирен была как натянутая струна, каждый мускул на ее теле был напряжен до предела. Она настолько желает припасть к ногам Господина? Если так, то нужно помочь ей. Я положил руку, которая еще мне подчинялась на ее руку. Как только наши пальцы коснулись друг друга, я задергался.
Через мое тело как будто пропустили электрический ток. Все мышцы парализовало, и я замер, изображая из себя статую. Голова загудела, как колокол и этот звон заглушил голос бога, которого вызвали ящеры. Мое сознание прояснилось, и я ужаснулся тому, о чем думал еще секунду назад.
Боясь того, что, если отпущу руку, окончательно утрачу контроль над своим разумом, я покрепче сжал руку Ирен. Та, по-прежнему повторяла свою мантру.
— Потомки Великого не встанут на колени пред тобой, — начал повторять я следом за Ирен.
Это помогло, электрический паралич, сковавший мое тело, отступил. Ирен, обессиленно упала на меня, повалив на пол. Я, как мог, смягчил ее падение, прикрывая ее голову. Падение наверняка произвело какой-то шум, но никто не шел искать нас. Похоже, что у ящеров появились другие дела.
Ирен все еще была без сознания, так что я оставил ее на полу, подложив под голову плащ. Выглянув из-за укрытия, я увидел только обломки алтаря. Ящеры ушли. Змейка из факелов смещалась вглубь леса.
Укрывшись обратно, я сел рядом с Ирен, собираясь сторожить до утра. Но мое тело было слишком уставшим для этого. Глаза сами закрылись, и я даже не заметил, как уснул.
Проснулся я так же внезапно. Казалось, только на секунду глаза прикрыл, а уже солнце вовсю светит. Ирен сидела напротив, о чем-то задумавшись. Я пошевелился и закряхтел, так как все тело онемело.
— Доброе утро, — сказала Ирен.
— Доброе, — пробурчал я. — Что это было, вчера? Это был бог, да?
— Да, хотя и не совсем. Это была его тень, даже часть тени, крохотный ее кусочек, — сказала Ирен. — Нам очень повезло, что его внимание было обращено на ящеров. Не думаю, что он нас не заметил, скорее ему просто не было до нас дела.