— Не могу дождаться, чтобы увидеть твою берлогу, — добавил он, придав своему голосу более жизнерадостные нотки, чтобы развеять возникшую на мгновение неловкость. — на каком мотоцикле ты ездишь? На Харлее?
Томас ему улыбнулся.
— Не совсем. У меня есть и другие. Покажете тебе. Если хочешь, можешь прокатиться позже.
Глава 8
Наши дни
Томас искоса поглядывал на Эдди, который наблюдал за танцующими и время от времени прихлебывал из своего бокала. Эдди казался погруженным в свои мысли. В последнее время он часто таким был, словно его что-то беспокоило.
Но Томас не совал свой нос с личные дела людей. Если Эдди нужен совет по какому-то вопросу, он приходил к нему, когда был готов. С самого начала, когда он начал наставлять молодого вампира, взял за правило с ним не нянчиться.
Никто никогда не станет самостоятельным мужчиной, если с ним деликатничать. А он хотел, чтобы Эдди стал цельным и независимым мужчиной с непоколебимыми ценностями. По всем признакам Эдди двигался в правильном направлении.
— Они отличная пара, не так ли? — раздался знакомый голос рядом с ним, а рука указывала на Иветт и Хевена.
Томас повернул голову и улыбнулся Майе.
— Конечно. Как и вы с Габриэлем.
— Очаровашка! — поддразнила она его и встала рядом с ним. — Послушай, Томас, мне нужен твой совет.
Он вопросительно поднял бровь, затем затем позволил отвести себя на несколько шагов от Эдди и Кейна.
— Насчет чего?
— Я чувствую, что некоторые из нас обошлись с Оливером слишком сурово, когда вся эта история с Урсулой и кровавым борделем утихла.
Томас отлично помнил, как все пытались спасти Оливера от него самого.
Только позже они поняли, что он сильнее, чем они все предполагали, и справился с искушением, которое представляла из себя кровь Урсулы, достаточно хорошо самостоятельно.
— Не напоминай мне. Но ты не хуже меня знаешь, что нам пришлось быть с ним строгим. Его прошлое…
Она подняла руку, чтобы прервать его.
— Не нужно мне говорить. У нас всех были свои причины. Но теперь, когда все сложилось хорошо, и он поборол свою жажду крови, я чувствую, что мы должны отпраздновать этот факт.
Томас ухмыльнулся.
— Думаю, он празднует этот факт каждый день наедине с Урсулой. — Его глаза обшарили зал и нашли Оливера, разговаривающего со своим сиром, Куином. Оливер казался расслабленным и счастливым.
Майя толкнула его локтем под ребра.
— Я не об этом говорю!
— Знаю. Просто подумал подчеркнуть это.
Она закатила глаза.
— Я говорю о праздновании, на котором будет больше двух человек.
— Все знакомые лица?
Майя кивнула.
— Просто мне нужно придумать предлог для этой вечеринки. Не хочу, чтобы Оливер знал о наших планах, но при этом он с Урсулой там должны быть. И даже еще не знаю, что сказать ему на вечеринке. Прости, что мы не были с тобой милыми?
Томас обдумал ее слова.
— Хм. Не уверен. Ты говорила об этом с Зейном? Насколько помню, обычно он вел себя как засранец. Возможно, у него есть идеи.
Майя поморщилась.
— Если даже упомяну об этом, он взбесится. Ты же знаешь, что он думает об извинениях перед кем-нибудь. Не думаю, что он в курсе, как это делается.
— Ты права, это не его сильная сторона. — Он провел рукой по волосам. — Почему это вообще должна быть вечеринка? Почему бы просто не отправить ему подарок?
— Подарок?
— Да, может быть путевка с оплатой всех расходов для него и Урсулы в какое-нибудь приятное место. Не знаю, Венеция, Лондон. Ты скажи. Уверен, он предпочтет пойти куда-то с Урсулой, чем тусоваться со старичками.
Майя наморщила лоб, задумываясь над его предложением.
— Хм. Я поразмыслю над этим.
— Ты же знаешь, что ему все равно придется что-то придумать для своего медового месяца. Почему бы ему не помочь?
— Медовый месяц? — повторила Майя.
— Тссс! — Томас огляделся, чтобы убедиться, что никто Майю не услышал. — Да, медовый месяц. Рано или поздно он сделает ей предложение. Каждый идиот, наблюдавший за ним, может это заметить. Думаю, у нас будет еще одна кровно связанная пара до конца года.
— Ты так думаешь?
— Абсолютно. На самом деле, я немного удивлен, что этого еще не произошло. Просто посмотри на него. — Томас указал на Оливера, который все еще говорил с Куином и Роуз. — Видишь, как он ерзает? Тяжело переносит разлуку с Урсулой. Ставлю десять баксов на то, что он первым покинет вечеринку. И еще двадцать на то, что в течение недели он попросит ее выйти за него.