Его глаза распахнулись. Черт! Он собирался кончить.
Флоггер изменил угол наклона — теперь он бил не сверху, а снизу, достигая его яиц. Перед глазами у него все затуманилось. Недолго думая, Томас освободил правую руку из пут и сжал свой член. Той же рукой, которой доставлял удовольствие Эдди, он теперь сжимает свой член, подергивая его вверх-вниз с вампирской скоростью, пока порка продолжалась.
Он закрыл глаза, снова представляя, как полоски кожи, разрезающие его задницу и проникающие в щелку, становятся ласкающими пальцами Эдди, которые проникают в него, исследуя.
Со стоном он кончил, извергая семя себе на живот и позволяя ему пролиться на руку. Томас этого не планировал. предполагалось, что это будет простая порка.
То, что он настолько возбудился, что не смог сдержаться, мастурбируя на глазах у незнакомца, которые его порол, выбивалось из плана. Оставалось винить в этом его постоянно растущую потребность в Эдди.
Он должен что-то сделать, чтобы это подавить.
Глава 14
Томас закрыл за собой дверь и вышел на улицу. Он стер память парня и в спешке оделся. на ранах начала образовываться корочка, но боль все еще давала о себе знать.
Его задница чертовски болела, но это того стоило. Он никогда раньше не кончал так мощно и так быстро. Ему потребовалось всего несколько поглаживаний, прежде чем достигнуть оргазма. Эдди был его самой яркой фантазией.
В последнее время ему не требовалось больших усилий, чтобы возбудиться. Достаточно одной мысли об Эдди, и он становился твердым. Каждый вечер, просыпаясь, он сначала запрыгивал в душ и мастурбировал, представляя, как они с Эдди занимаются любовью.
И каждое утро, ложась спать в кровать, рукой поглаживал свой стояк, воображая обнаженного и наблюдающего за ним Эдди перед собой. А затем представлял, как Эдди наклоняется над раздвинутыми ногами Томаса и берет его член в рот. Каждый раз он засыпал с этой картинкой перед глазами.
Теперь у него появилось больше деталей, которые он мог добавить к своим фантазиям: он узнал, каков на ощупь член Эдди, и как двигается его тело, когда он вонзается в его руку с такой страстью, словно отчаянно этого хотел.
И теперь он знал, как Эдди целуется. Насколько мягкие его губы, и каков его язык на вкус. Почувствовал, как Эдди вздрогнул в его объятиях, когда Томас облизал его клыки. Это была сладчайшая из побед. Но продлилась недолго.
Томас потер подбородок. Он все еще помнил, как кулак Эдди впечатался ему в лицо, когда он пришел в себя — в его глазах полыхала ярость. Эдди утверждал, что не гей. И он сделал это все только для того, чтобы одурачить четырех вампиров, висевших у них на хвосте.
«Чушь собачья!»
За всем этим скрывалось что-то еще. Ни один гетеросексуальный мужчина не стал бы так целовать другого мужчину и отвечать на ласки с таким энтузиазмом, как Эдди, если совсем ничего не испытывал.
Должно быть что-то еще! Он не хотел верить, что Эдди просто разыгрывал представление. Хотел надеяться, что между ними что-то большее.
Томас подошел к своему припаркованному мотоциклу и достал ключи.
— Помогло? — раздался мужской голос у него за спиной.
Томас развернулся на пятках и уставился на темную фигуру, выступившую из тени соседнего здания. Мужчина был одет в темную одежду, которая выглядела повседневно, но дорого. Волосы коротко подстрижены, лицо ровное и немного бледное.
Не было сомнений в том, что мужчина вампир… которого он никогда не видел. Темная сила клубилась вокруг него, смешиваясь с аурой. Она была слабой, но, тем не менее, присутствовала. Томас сразу же ее узнал.
Но не собирался связываться с вампиров, в жилах которого текла кровь Каспера.
— Не понимаю, о чем ты.
На губах незнакомца заиграла беспечная улыбка.
— О, мы все это пробовали и, в конце концов, сдались. Это не работает. По крайней мере, недолго. Сила внутри возрастает. Она прорвется, когда ты меньше всего ожидаешь.
— Чего ты хочешь? — рявкнул Томас.
— Разве это было не очевидно из моего письма? Прости, что не подписал. Я Ксандр.
То, что письмо пришло от него, не стало неожиданностью. Только один из учеников Каспера мог это написать. Потому что только они знали о темной силе, что несла им всем кровь Каспера.
Томас стиснул зубы.
— Ты пытаешься мне угрожать?
— Наоборот. Меня послали пригласить тебя к нам присоединиться. Ты — один из нас, и не можешь этого отрицать.
— Я никогда не стану одним из вас! — закричал он, чувствуя, как удлиняются его клыки.
— Так ты говоришь сейчас, но, как только почувствуешь, что сила увеличилась, не сможешь сопротивляться. Его кровь сильна в тебе, как ни в ком из нас. Ты был одним из его первых.