Томас распознал запах отчаяния. И Каспер отчаянно пытался спасти положение. Это означало, что Каспер тоже услышал искренность в словах Эдди. Они были правдой. Томас чувствовал это всем сердцем.
Когда оно разогналось и начало сопротивляться темной силе, которая окружала его, Томас внезапно почувствовал вторжение. Оно было едва уловимо, но он распознал это: Каспер проник в его разум и скрывался в слоях темных сил Томаса.
Сейчас он осознал это так ясно, как будто чувство любви Эдди открыло ему глаза и сняло завесу, которая висела над ним последние несколько дней. Точно так же, как любовь Эдди дала ему силы оттолкнуть темную силу.
Сейчас он мог сделать только одно.
— Ты прав, Каспер. Это уловка. И я собираюсь высказать ему все, что я об этом думаю.
Каспер самодовольно ухмыльнулся.
— Это мой человек.
Томас нажал кнопку внутренней связи и сказал, тщательно подбирая слова.
— Это была хорошая речь, Эдди. Мои поздравления. Если бы только это было правдой. Даже если ты не лжешь, уже слишком поздно. Потому что, видишь ли, компьютерный гений, ключом всегда было «Я люблю Эдди». Можешь воспользоваться этим прямо сейчас, мне оно больше без надобности. Так что я дам тебе время поразмыслить над этим, мой поклонник IT. Потому что это последнее, что ты услышишь от меня, пока все не закончится. — он выключил микрофон.
— Что, черт возьми, это был за бред собачий? — прорычал Каспер и уставился на него.
— Как уже сказал, я высказал ему все, что думаю о том дерьме, которым он меня накормил. Я высказал ему ту же чушь. Он получит по заслугам!
Томас надеялся на это всем сердцем, потому что в этой несуразной речи был скрыт его пароль к системам компании. Поскольку Томас отключил логины всех остальных пользователей, только его собственный логин теперь контролировал «Службу Личной Охраны».
Если Эдди поймет, что ему только что передали пароль для входа в систему Томаса, он сможет перехватить управление. Тем временем Томасу нужно было выиграть немного времени.
Не отрывая взгляда от экрана компьютера, Томас встал и положил руку Касперу на плечо. Затем он указал на Ксандера, который стоял в нескольких ярдах от них.
— Почему бы тебе не попросить Ксандера помочь остальным охранять двери? — он многозначительно погладил Каспера по руке.
В глазах Каспера вспыхнула искра. Не отводя взгляда от Томаса, он отдал приказ.
— Ксандр, иди к другим.
Томас подождал, пока Ксандр выйдет из комнаты. Дверь все еще была открыта, но это не имело значения.
Создавалась иллюзия уединения, и именно это было нужно Томасу.
— Я не хочу, чтобы между нами оставалась ложь, — начал Томас и убрал руку с плеча Каспера.
Разочарованный взгляд стал ответом Касперу.
— Между нами нет лжи.
— Есть вещи, которые ты мне не объяснил. И если мы хотим, чтобы у нас все получилось, я должен знать все.
— Но ты знаешь все, — возразил Каспер.
Томас отвернулся, украдкой бросив взгляд на экран компьютера, чтобы убедиться, что ничего не происходит. Но курсор ровно моргал.
— Ты сказал мне, что это Киган совершал все зверства. И утверждал, что твои последователи продолжали делать то же самое, а ты не отдавал приказа пытать Серджио и его пару.
Он услышал, как кто-то быстро втянул воздух у него за спиной.
— Не пойми меня неправильно, я ничего не имею против небольшой пытки, когда это оправдано, — солгал Томас. — Но я бы хотел, чтобы честности по этому поводу. Как мы можем быть партнерами, если ты что-то от меня скрываешь? — он на мгновение замолчал. — И если хочешь кровных уз, тогда ты должен быть честен со мной.
Он снова повернулся к Касперу, глядя на его ошеломленное выражение лица. Да, Томас угадал: Каспер не только хотел его вернуть, он хотел связи, которая была бы сильнее всего остального, которая сделала бы их обоих сильнее, объединив их темные силы.
— Ты ведь хочешь кровных уз, не так ли? — он снова положил руку на плечо Каспера.
— Да! — Каспер шагнул ближе, словно хотел поцеловать его, но Томас отвернулся.
— Тогда скажи мне правду. Расскажи все. Как твоя будущая пара, я заслуживаю этого, — Томас чуть не задохнулся от этих слов. Он не мог представить себе ничего более отвратительного, чем связь с Каспером. Он больше никогда не хотел соприкасаться с таким злом.