Инстинкт подсказал ему, что вампир атаковал его с помощью контроля над разумом, хотя Эдди никогда не испытывал на себе этого ощущения.
Пронзившая его боль была ни на что не похожа. Его колени подогнулись, а рука, державшая пистолет, опустилась. В то же время его собственный разум пытался отразить атаку.
Но он не был готов.
Дерьмо!
Вампир одарил его злобной ухмылкой, затем поднял пистолет и прицелился в Эдди. Оцепеневший от контроля над разумом, который вампир оказывал на него, Эдди не мог пошевелиться. Черт, он умрет здесь, не успев еще раз почувствовать объятия Томаса.
Мимо него просвистела пуля, и внезапно невидимые цепи, удерживавшие его на месте, ослабли, а боль в голове прекратилась. Он ошеломленно уставился на нападавшего и увидел, что из раны на его лбу течет кровь. Глаза вампира смотрели на него пустым взглядом, а затем его лицо начало осыпаться изнутри, кожа превратилась в пепел, прежде чем он стал кучкой пыли.
— Обращайся, — раздался голос Амора позади него.
Эдди повернулся и благодарно кивнул своему зятю.
— Давай разберемся с остальными.
Выглянув в коридор, он увидел, как еще несколько сотрудников «Службы Личной Охраны» выбегают из дверей, ведущих на лестницу, с оружием наготове.
Эдди бросился в другую сторону, направляясь в серверную. Амор не отставал от него ни на шаг. У следующей открытой двери он остановился и заглянул внутрь, увидев, как Зейн сражается с одним из нападавших, а Самсон стоял на коленях, прижимая руки к вискам, с искаженным от боли лицом.
— Блядь! — выругался Эдди и прицелился в противника Зейна, но коллега стоял на пути. Эдди мог промахнуться. Он на мгновение заколебался, но затем принял решение.
— Зейн, ложись!
Зейн мгновенно упал на пол, давая ему обзор. Эдди нажал на спусковой крючок, и серебряная пуля попала в цель. Часы, проведенные им в тире, принесли свои плоды.
Он не стал дожидаться, пока вампир рассыплется в прах, а вместо этого бросился в конец коридора, где находилась серверная. Еще до того, как он добрался до открытой двери, он уже знал, что происходит внутри. Искры, летавшие по комнате, короткими вспышками освещали коридор.
Когда Эдди заглянул в комнату, его охватило чувство дежавю. Он уже видел точно такую же сцену несколькими месяцами ранее. Томас мысленно боролся со своим создателем, Каспером, или Киганом, как он тогда себя называл. И этот мужчина был вылитый Киган. Эдди не знал, как такое возможно, и ему было все равно. Ему лишь хотелось закончить эту драку и спасти Томаса.
Не колеблясь, он прицелился. Но, как и Зейн, Томас закрыл своего противника, не дав возможности сделать точный выстрел.
— Томас» — закричал он. — Пригнись!
Но Томас не отреагировал, слишком поглощенный ментальной борьбой. Непонятно, слышал ли он его вообще.
— Черт! — выругался Эдди и направил пистолет в сторону Каспера.
Его рука дрожала, а со лба капал пот. Затем чья-то успокаивающая ладонь коснулась его плеча.
— Подожди, — сказал Зейн успокаивающим голосом. — Целься в то место, где он будет, а не в то, где он сейчас. Затем нажми на спусковой крючок. Как я тебя учил. Сказанное Портией правда. Я похвалил тебя за то, что ты отличный стрелок.
Уверенность Зейна в нем придала Эдди сил, и он заставил свое сердцебиение замедлиться, делая ровные вдохи.
— Просто нажми, — повторил Зейн.
Успокоив свой разум, Эдди передал контроль своему телу и выстрелил. Его сердце остановилось.
Искры, которые наэлектризовали воздух, погасли. Борьба за контроль над разумом закончилась.
Эдди уставился на Томаса и Каспера, ища место, куда вошла его пуля.
Каспер внезапно повернул к нему голову, и по телу Эдди пробежал шок. Неужели он промахнулся?
Затем из уха Каспера по шее потекла струйка крови. Эдди, словно в замедленной съемке, наблюдал, как тело Каспера изнутри превращалось в пепел.
Эдди почувствовал, что его тело неудержимо трясется, и схватился за дверной косяк, чтобы не упасть.
Затем встретился взглядом с Томасом, и силы вернулись к нему. Он оттолкнулся от двери и бросил пистолет на ближайший стол.
Решительной походкой он подошел к Томасу и остановился прямо перед ним.
— Мне все равно, кто нас увидит — я должен это сделать.
Обхватив рукой затылок Томаса, он притянул его к себе и впился в него губами, обжигая рот Томаса страстным поцелуем. Эдди провел языком между приоткрытыми губами своего возлюбленного, наслаждаясь мужским вкусом и мощными толчками, которыми Томас отвечал на поцелуй.