- Кто еще?
- Давайте я, - сказал один орк, который сопровождал наш караван в качестве охраны.
Я, сняв с Дьявола седло и оставив все вещи возле телеги, в которой собиралась спать, закинула торбочку с драконьим яйцом себе за плечи, я не расставалась с ним ни на минуту. И пошла вместе с Дьяволом вслед за орком. Несмотря на то, что было холодно, и мы не успели добраться до города, мне нравилась эта погода. Метель осыпала деревья еще большим слоем снега, чем на них был, теперь не было видно ни коры, ни веток. Мы шли по сказочному лесу. Так много снега сверкает, ну просто детская мечта. До ручья мы шли где-то час, если не больше. Это у нашего караванщика называется 'неподалеку'. Не, ну не паразит, а? Если бы знала, что так далеко переться, да еще и по таким сугробам, в жизнь бы не пошла. Я ж то думала минут пять десять и ручей. Ага, как же!
Все было бы хорошо, но хорошо, понятно дело не было. 'И нафига, я поперлась за этой водой? Ну, вот скажите, она мне надо была?' - прошипел мой внутренний голос. 'Лучше бы снега наелась, целее была бы!'
Я стояла, замерев, смотрела на гхлара и слушала свои внутренние поскуливания. Я еще не видела всех рас, которые населяют этот мир, но я определенно точно поняла, почему гхлары воплощения ужала. Это был человекообразный монстр, но далеко не человек. Под три метра высотой, весь в черной шерсти, на заросшем шерстью почти человеческом лице, горели огромные звериные глаза, желтые с черным зрачком. Руки, как в наших фильмах про вурдалаков, огромные с длиннющими черными когтями. Из открытого рта выглядывали вовсе не зубы, а ряд острых клыков.
Говорят можно посмотреть в глаза своей смерти, я смотрела в глаза мучительной и долгой смерти.
Орк, который пошел со мной, только успел вытащить меч, как на него накинулись сразу трое гхларов. Долго он не продержится. На меня стали надвигаться еще двое, на мою защиту стал Дьявол, зашипев на монстров. И вот один гхлар убит, оставшиеся двое разорвали орка на части и двинулись на меня. Дьявол лягался, шипел и отбивался копытами от тех двоих, что напали на него. А мне даже нечем защитится. Меч остался с остальными вещали возле повозки, хотя я все равно не умела ним пользоваться, а я беспомощно жала к себе беззащитную торбочку с ничем не повинным дракончиком.
Один рывок и теплый плащ порвался и отлетел в сторону, торбочка с яйцом выскользнула из моих рук, а я упала на снег. Один взмах когтистой лапы и мое плече и ключицу рассекли острые когти. Я закричала, и начала со всех сил отбиваться от нависшего надо мной гхлара. В глубине души, я понимала, что это бессмысленно, но остановится, не могла. 'Перед смертью не надышишься'. Это правда. Я ничего не могла сделать, чтобы остановить этого монстра, но и сама перестать бороться, кричать, срывая голос, не могла.
- Ты будешшшь нашшшей добычей, - прошипел гхлар, нависший надо мной. А второй, рывком, поднял мои руки над головой, впился в них своими клыками.
Несколько взмахов когтистых рук и мои ноги украшены кровавыми бороздами, а лосины разорваны в клочья. Каждый порез когтя отдавался острейшей болью, но это было ничто по сравнению с болью, когда его огромный член проник в меня со всей силой. Я закричала еще громче, если это вообще возможно. Его размеры были не пропорциональны моим, слишком большой для меня. Но его член продолжал вдалбливаться в меня со всей яростью, прорывая себе путь, не растягивая, а разрывая меня. В какой-то момент меня оглушило, из-за боли или, из-за сильного крика, не знаю.
Я запрокинула голову и увидела отбивающегося Дьявола. Он уже был весь в крови. А сейчас один из гхарнов, впился в его заднюю и резко сломал её, отчего Дьявол упал. Вот и все, мы проиграли. Я еще пыталась кричать, хотя в этом не было смысла, но на таком морозе голос быстро пропал и я уже даже не хрипела. Когти гхарна еще сильнее вошли в мою плоть на бедрах, и он стал входить в меня еще яростнее, еще жестче.
Я повернула голову и взглянула на торбочку, где хранилось яйцо с дракончиком, которому так и не суждено было вылупится. Как жаль, что это маленькое существо не сможет увидеть такой прекрасный, да очень жестокий, но действительно прекрасный мир.
Глава 5
Когда пятилетнему ребенку больно, он поднимает шум на весь
свет. В десять лет он тихо всхлипывает. А когда вам
исполняется лет пятнадцать, вы привыкаете зажимать себе рот
руками, чтобы никто не слышал ни звука, и кричите безмолвно.
Вы истекаете кровью, но этого никто не видит. Вы привыкаете к
отравленным плодам, растущим на дереве вашей боли.
Стивен Кинг
В какой-то момент боль ушла на второй план, а в теле разлилось обжигающие тепло. Гхлар державший меня за руки, куда-то исчез, а тот, который терзал мое тело, завалился на меня. Я не могла дышать под его тяжестью, а он все не двигался. В воздухе витал отвратительный запах горелого. Я почувствовала, как боль вернулась, а мое сознание, начало, медленно покидать меня. Но тело с меня исчезло и меня обдало отрезвляющим холодом.
- Ещё жива? - услышала я. Сделала попытку открыть глаза, но получилось плохо. Тело отказывалось, подчинятся хозяйке. Не дождавшись ответа, обладатель мужского голоса, поднял меня и куда-то понес, но сознание уже покинуло меня.
Я уплыла на уже знакомую поляну. Трава из живых изумрудов и шесть камней, одинакового размера, но все разной формы. Цветные шары, точнее духи стихий, как я сделала вывод, уже ждали меня. В этот раз они не говорили, а играли, как с маленькой девочкой.
Я бегала, а они ловили меня. Сидела, они танцевали вокруг. Когда я смеялась, то слышала смех в ответ, но смех этот был с какой-то капелькой грусти. Духи будто извинялись за что-то. Хотя, я их ни в чем не винила.
Я помнила, что со мной произошло, хоть вспоминать и не хотелось. Не смотря на то, что мне нужно было узнать, что духи хотели от меня, я тоже не разговаривала. Мне хотелось смеяться, хотелось играть, хотелось забыться. Поэтому я просто улыбалась и играла, как маленький щенок, которого обидели хулиганы со двора, но с которым согласился поиграть его хозяин.
Я хотела быть маленькой девочкой и не хотела встречаться с последствиями, но сон таял, а сознание начало прояснятся.
Я лежала в просторной светлой комнате. Огромная резная деревянная кровать на человек пять шесть, по бокам маленькие комоды, искусно вырезанные мастером, под стать им, с левой стороны огромный шкаф. За шкафом находилась дверь, скорее всего выход из комнаты. С правой стороны во всю стену книжный шкаф, из очень светлого дерева, под цвет стенам в комнате. В другом конце комнаты, напротив кровати, находился большой камин, мрамор цвета слоновой кости, по всему камину искусно вырезаны фигурки разных животных. Наверное, в темноте, когда горит огонь, будет чувство, что фигурки живые и двигаются. Красиво. Напротив камина было два мягких кресла, оббитые шерстью под цвет камина, стен и книжного шкафа. Между креслами стоял маленький резной столик из темного дерева, на котором лежало несколько книг. На полу лежал темно коричневый ковер, с очень длинной ворсой. Комната мне очень понравилась, мягкая коричнево-бежевая цветовая гамма очень успокаивала.
Я сделала безуспешную попытку сесть. Тело ныло, но не болело, как должно было быть. Конечности не слушались, я не могла пошевелить ни руками, ни ногами. Тело не слушало, как ватное, устав от попыток сесть, я откинулась на мягкую перьевую подушку и расслабилась.
Сделала попытку позвать кого-то, тоже безуспешно, голоса не было. ВООБЩЕ. Паника мгновенно накрыла меня. Я изнасилованная лежу неизвестно где, не могу, пошевелится или даже закричать. При этом я понятия не имела, ни что с яйцом с дракончиком, ни что с моей лошадью. Так надо успокоится. Глубокий вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Главное узнать, кто меня сюда принес.