— Никакой магии за пределами дома, — быстро протараторила малышка заученную за эти годы фразу, не отрываясь от игры с любимым плюшевым медведем. — Я всё помню, папочка.
— Я знаю, что достаю тебя этим вопросом, каждый раз, когда мы куда-то собираемся, — мужчина опустился на корточки перед девочкой, вглядываясь в голубые глаза, — но так необходимо, милая.
Несса провела ладошкой по щетинистой щеке отца, чтобы избавить его от лишнего волнения.
— Пошли скорее, папочка. А то вдруг всё купят, и нам ничего не останется.
Кайл сдержал смешок, грозящийся сорваться с губ. Ведь судя по серьёзному лицу малышки, было понятно, она действительно переживает, что скупят все товары, и она останется без любимых яблок.
Местный рынок встретил отца с дочкой смесью ароматов пряных специй и свежеиспечённого хлеба. Солнечные лучи скользили между одинаковых торговых лавок, теряясь в ящиках с овощами и фруктами. После нескольких пасмурных дней, которые пришлось провести дома, сегодняшний казался особенным, сказочным.
Держа Кайла за руку, Несса разглядывала прилавки со сладостями, на время задерживаясь взглядом на карамельных леденцах в форме зверушек. Женщина средних лет, торгующая в этом магазинчике, расставляла товар, бубня себе что-то под нос.
Оглянувшись на отца и убедившись, что он отвлёкся на мясную лавку, малышка легонько щёлкнула пальчиками, и в это мгновение ветерок прошмыгнул между конфетами, повалив картонки с написанными на них ценами. Продавщица непонимающе осмотрелась по сторонам и вновь вернула всё, как было. Несса тихонько хихикнула и, проведя ладошкой по воздуху, вызвала очередной невидимый магический сгусток, вновь уронивший ценники на землю.
Детский восторг зарождался внутри, разносясь тёплыми потоками под кожей. Останавливать эту шалость совершенно не хотелось, поэтому малышка переметнулась на соседний магазинчик, проделав такую же пакость.
— Что ты творишь? — отдёрнув дочь за руку, Кайл развернул её к себе, схватив за плечи. — Ты ведь знаешь правила, Несса. Так почему же нарушаешь?
Голос отца стал на пару тонов строже, и от былого восторга не осталось и следа. Мужчина пристально вглядывался в глаза дочери, которые медленно наполнялись слезами. Первая солёная капелька сорвалась вниз, оставив на порозовевшей щёчке влажную дорожку. От увиденного в груди болезненно защемило. Кайл никогда не растил дочь в строгости. Этого и не требовалась, потому что Несса, несмотря на то, что была гиперактивным ребёнком, отличалась спокойствием и рассудительностью. С ней никогда не было проблем, и она всегда и во всём его слушала. Но сегодняшняя выходка сбила Кайла с толку. Мысль о том, что кто-то мог заметить использующую магию малышку, монотонно стучала в висках.
— Прости, папочка, — тоненький голосок надломился, а алые губки задрожали, сдерживая за собой бурю эмоций. — Я не хотела расстраивать тебя.
— Ох, милая, — мужчина опустился перед Нессой, утирая влажные дорожки от слёз. Она единственная, кто был ему дорог. Единственная, кто держала на плаву и не позволяла опускать руки. — Я просто очень боюсь тебя потерять. Если вдруг кто-то узнает, что ты владеешь магией, то тебя заберут у меня.
— Нет, я так не хочу, — прохныкала малышка, ныряя в объятья отца и утыкаясь в шею. — Я люблю тебя. И больше никогда-никогда так не буду.
***
Впервые за последние несколько лет Кайл вскочил посреди ночи, испытав настоящий животный страх, подобный тому, как дикий зверь печётся о своих малышах. Комната плыла перед глазами от резкого пробуждения, а холодный, липкий пот стекал по лицу. Случай на рынке днём не желал покидать головы, волей неволей заставляя мужчину гонять тревожные мысли.
Кайл поднялся и подошёл к окну и, распахнув деревянные створки, впустил в комнату холодный ночной воздух, от которого по коже мелкой рябью тут же прошлись мурашки. Глубоко втянул запах с улицы и через несколько секунд вышел на небольшую кухню, где уже догорали свечи. Наполнил ледяной водой, принесённой заранее с колодца, высокий стакан и за два глотка осушил его, надеясь, что это хоть немного поможет прийти в себя.
Тревога не отступала, наоборот, она расползалась по всему телу. Медленно, скользко, будто к спине присосался мерзкий спрут, протянувший склизкие щупальца. Нещадно заболела голова. Кайл опустился на лавку и упёрся лбом в сложенные в замок руки.
Насторожившись, прислушался. Ничего, кроме шороха листвы за окном и треска коптящих свечей. Сознание подкинуло картинки прошлого…