Глава 1
Двадцать два года спустя.
Лита вышла на улицу вдохнуть немного свежего воздуха. Она любила ощущение свободы, прекрасно понимая откуда в ней это чувство. Если бы было можно, она вообще ночевала бы под открытым небом, но чопорные жители Ньюберга никогда не оценят подобного поступка.
Иногда Лите хотелось покинуть этот городишко, сбежать и увидеть, что прячется за границей скучного мирка, в котором нет места ни магии, ни двуликим, кем она по факту и являлась.
Лари рассказала девушке всю правду о ее рождении и родителях, объяснила почему им пришлось перебраться в это захолустье, и почему Лите приходится носить такое количество артефактов.
Удерживающий зверя, меняющий внешность, меняющий запах, сдерживающий похоть, учитывая, что Лита была дочерью оборотницы и вампира Белого крыла, то этот артефакт был одним из самых ценных, а так же защищающий от мощной ауры вампиров, хотя откуда вампиры могут взяться в Ньюберге совершенно не понятно, но Илария настаивала, а Лита не стала спорить.
Наполовину оборотень, наполовину вампир. Серединка на половинку, и от кого из родителей ей досталось больше, не понятно. Илария не дожидалась ни оборота, ни проявления вампирии, просто обвесила девочку артефактами, стараясь скрыть их тайну.
Ньюберг стал спасением, местом, где можно было спрятаться и не ждать каждую секунду нападения.
Возможно, это был эгоистичный поступок со стороны Иларии, но она руководствовалась лишь одним доводом – главное сохранить Алите жизнь, с остальным они позже разберутся.
Вот только малышка все равно чувствовала, что ей чего-то не хватало, словно она была одним из близнецов, которых разделили при рождении, хотя если вдуматься, что, в сущности, так и было.
Но ведь как-то жили оборотни, потерявшие зверя… Но мало кто знал, что они на самом деле чувствовали.
Алита подняла голову к небу и задумалась о своей жизни. Она никогда не винила приемную мать в том, какой выбор та сделала, но с того самого момента, как девушка узнала правду, у нее появилась мечта - найти отца и отомстить за смерть родной матери. И с каждым годом чувство ненависти все больше расцветало внутри девушки, подталкивая ее к действиям.
А несколько лет назад она, наконец, поняла, как этого можно добиться. Тогда одна девушка из их городка Мари, Мари Ерок поступила в Юридическую академию Лоусона, отказавшись от выгодного брака. Ее тогда многие осуждали, а вот сама Лита восхищалась ее смелостью, и план возник в голове сам собой.
Раньше Алита мало думала о своем будущем, просто плыла по течению жизни, но в тот момент что-то щелкнуло у нее в голове. Не сказать, что у нее были особые способности к юриспруденции. Да и защищать невинных никогда не было пределом ее мечтаний, но учеба в подобном заведении могла дать знания и навыки, которые помогут ей достигнуть своей цели.
Юридическая академия, факультет следствия и дознания, именно там ее научат выслеживать и находить преступников, Лита же сможет применить эти знания для поиска собственного отца, ведь в ее голове он и был убийцей и преступником.
Поначалу эта идея казалась слишком смелой, но с каждым днем все больше пускала корни в голове девушки. А затем Лита, и сама не заметила, как отправила заявку в академию.
Скоро должен был прийти ответ, и ей придется решить, что сказать Лари, как объяснить той свой поступок. Но мама наверняка поймет ее, всегда понимала и поддерживала. Она как никто другой знает, насколько трудно девушке живется в Ньюберге.
- Лита, - послышался тихий голос Иларии, - тебе пришел конверт из Юридической академии Лоусона.
Алита вздрогнула, а затем сделав глубокий вдох повернулась к женщине, которая ее вырастила, всегда была рядом, поддерживала, понимала и сейчас она наверняка сделает тоже самое.
- Это какая-то ошибка милая? - удивленный взгляд женщины коснулся виноватого лица приемной дочери, и она поняла, что нет... не ошибка.
Илария только опустила голову и на несколько секунд опустила веки, стараясь выровнять дыхание.
- Я знала, что рано или поздно это случится. Даже самый сильный артефакт не в состоянии удержать твою истинную сущность. Что ж, давай посмотрим, что тебе ответили, - уголки губ Лари поднялись в едва заметной улыбке.