Они вновь истекали соком желания.
— Аня? Анюта? — тихо позвал он.
Девчонка спала, а вот ее тело требовало разрядки.
Борис уже знал, что именно произойдет. Понимал, что наутро его неопытной паре будет и стыдно, и больно. Слишком много за первый раз.
Мужчина глубоко втянул носом воздух, принюхался.
Анюта стала пахнуть иначе. Теперь к ее аромату примешивался и его, Зорина, запах. Теперь даже самый наглый, отбитый, молодой щенок сможет учуять, кому принадлежит Анечка.
Еще час назад она была невинна, и запах ее выдавал. А теперь стала женщиной.
Его женщиной.
И волк требовал истинную. Рвался на свободу.
Пока Зорин думал, Анюта перебралась на него. Поерзала так, что каменный стояк с готовностью скользнул в горячее лоно.
— Аня, млин, — пробормотал Борис, но он был обречен сдаться.
Его хозяйка требует. Он соглашается. Более того, он на все готов для нее.
Оседлав его бедра, малышка выпрямилась. Уперлась руками в его грудь, прогнулась в спине.
Убойная картина, жаль, что Анюта этого не вспомнит.
Истинная открыла глаза. Борис беззвучно выругался.
Вместо бездонных голубых омутов — черные зрачки.
Зорин зарычал, когда в его грудную клетку вонзились острые когти.
Хрен с ними, с царапинами, заживут.
Бориса больше волновало, что оборот начался слишком рано. И проходил стремительно. Такими темпами, он продлится не пять дней, а два, от силы, три.
Впрочем, Зорин не был специалистом в этом вопросе. На его памяти не было случаев, когда хозяйкой и истинной парой волка становилась человеческая девушка.
Аня задвигалась на нем быстрее, ускоряя приближение оргазма.
Он перекатился, устроился сверху.
Аня недовольно зарычала на него. Борис глухо рассмеялся. Хорошо, что говорить она пока не может. А в мыслях она урчала, как довольный котенок.
Зорин накрыл припухшие губки ртом. Жадный, неистовый поцелуй утянул его в пучину удовольствия.
Сладко-соленый вкус крови истинной пары растекся по небу.
Она вновь укусила его. Цапнула крохотными клыками.
Волк Бориса радостно и сыто рычал, чуял свою волчицу.
Аня затихла в его руках, рвано выдохнула. Спрятав нос, уткнулась в его шею.
Метка грела приятным теплом. Борис крепче сжал руки.
И позволил себе отключиться.
Очнулся, когда Анюта вновь заерзала под боком.
— Бор-р-ря…
Ему нравилось, как слетело его имя с ее уст. Он прижался к ним губами.
И все повторялось, вновь и вновь, пока Луна не исчезла с небосвода.
***
Анна несмело открыла глаза.
Лежала, успешно делала вид, будто еще спит, старалась не шевелиться.
— Доброе утро, — раздалось из кресла.
Зорин сидел и смотрел на нее.
Мужчина уже был одет, а судя по мокрым волосам, даже вымыт и побрит.
А вот Аня… Девушка осторожно прислушалась к ощущениям собственного тела.
Вроде бы, терпимо. Ничего и не изменилось, кажется.
Как и предупредил Борис, она смутно помнила события минувшей ночи.
Хотя… кое-что осталось в памяти.
— Завтрак?
— Сначала душ, — сморщила нос Анна, но никаких неприятных запахов не ощутила.
Пахло исключительно едой. Хрустящей булочкой, малиновым джемом, омлетом с овощами.
А еще пахло мужчиной. У Бориса приятный парфюм. Нет, не парфюм. Это он так пахнет, сам, от природы.
Мысли мелькали сумбурно, хаотично.
Зорин едва заметно улыбнулся, будто понимал, о чем именно думает Анюта.
— Блин! — пробормотала она.
Он вед не догадывается о ее мыслях, а слышит их!
— Ты привыкнешь, — пообещал он.
— К чему? — недовольно буркнула Анна и повыше натянула одеяло до плеч.
К новым запахам и к нашему с тобой мысленному диалогу,
Зорин ей подмигнул.
И до Ани дошло, что их беседа реально протекает без слов. На уровне мыслей.