— Выползай, будем завтракать, — позвал Борис уже вслух.
— Скажи сразу, — вздохнула, набралась храбрости, выглянула из-под одеяла, — что именно я делала? Что-то очень стремное? Постыдное?
— Точно хочешь знать? — поинтересовался Борис таким голосом, с хрипотцой, что Аня отрицательно затрясла головой. — Так я и думал. Пойдем завтракать, пока не остыло.
— Закрой глаза, мне нужно в уборную, — потребовала Аня.
Зорин тут же закрыл глаза, а Аня спрыгнула с кровати.
ГЛАВА 5
Первые шаги отозвались легкой болью внизу живота. Но в целом, кажется, все было неплохо.
А еще Аню удивила пижама, в которую она была одета.
Классическая, в красно-синюю клетку. Правда, она была великовата. Да что уж, пижама была просто огромной. Рукава свисали, штаны волочились по полу. Аня, запутавшись в них, едва не упала.
Борис успел ее подхватить и поставить на ноги. И все это не открывая глаз.
— Спасибо, — пробормотала она, интуитивно вцепившись руками в мужские предплечья.
На Борисе была надета футболка, а взгляд Нюши по какой-то причине застыл на крепкой шее, на небольшом участке кожи над воротом.
Анна разглядела весьма глубокие борозды, уже поджившие, но все еще красные.
И точно такие же на руках.
Грачева могла бы спорить на любимый ноутбук, что вечером на теле Зорина ничего подобного не было.
— Это откуда?! — не подумав, возмутилась она.
Он что, опять дрался с незваными гостями? Кто-то приходил? За ней?
— Ерунда, к вечеру заживет, — с улыбкой заверил Борис и добавил, — ночью оставишь новые.
— Чего? Это я? — не поверила Аня.
Борис поддел край футболки, подтянул ткань вверх, до самого горла.
Перед глазами Анны появилась широченная, крепкая, мускулистая грудь, исполосованная длинными тонкими царапинами. Весьма глубокими, нужно сказать.
Такие не смогли бы оставить человеческие ногти, даже наращенные, которых у Ани отродясь не было.
— Очень больно? — голос ее дрогнул, в душе всколыхнулось волнение.
— Ни капли, — выдохнул Зорин, — Ань, ну глаза можно открыть?
— Можно, — поджала она губы.
— Отнести тебя в уборную?
— Я сама справлюсь, — покачала она головой.
Борис убрал руки, выпустил ее. Аня, осторожно ступая, вышла из комнаты.
Так, ладно. После душа нужно допросить Бориса подробнее о том, что случилось ночью.
Ну, кроме очевидных моментов.
Она расцарапала мужика когтями. А откуда они у нее взялись? Загадка.
И следов не осталось у нее. Была бы кровь на руках, а ее не было.
— Я искупал тебя перед сном, — произнес Зорин, но его голос Аня прекрасно слышала через закрытую дверь.
Черт раздери! Ну как теперь дальше жить, если ее постоянно подслушивает генеральный директор?! Так ведь никуда не годится! Да она даже в туалет спокойно сходить не сможет!
— Я научу ставить блок.
Аня поперхнулась, рывком дернула дверь.
— А так можно было?! — воскликнула, выглядывая из ванной комнаты.
Зорин негромко рассмеялся, глядя на нее.
Черт, ну вот как с ним конфликтовать, если он даже смеется красиво!
— Ты этого не слышал! Понял?! — шикнула она на него и захлопнула двери.
Уже забыл, Анечка.
***
После душа и сытного завтрака настроение Грачевой значительно улучшилось. Аня уже потихоньку привыкала к мысли о том, что ближайшие пять дней ей придется жить в этом доме.
Единственный момент — работа. Но этот вопрос она адресовала Зорину. Нюше ведь прогуливает работу по его вине, значит, пусть и решает проблему с Борис Андреевичем.
Скорость решения вопроса трудоустройства ошеломил Анну. Пара минут, и Борандр прислал на ее телефон короткое сообщение о том, что ей полагается отпуск.
А если полагается, значит, нужно воспользоваться случаем и отдохнуть. Другой момент, Анна, если и мечтала об отпуске, то провести его хотелось бы не в доме самого настоящего оборотня, а где-нибудь на пляже.
Отдыхать у Нюши получилось примерно часа два. Дальше стало жутко скучно. За это время Грачева обошла весь особняк, пообщалась с Романом Петровичем, полюбовалась окрестностями, правда, исключительно через окно. Выходить на улицу Анюта пока не хотела, прекрасно помнила предупреждение Бориса.