Воцарилась гробовая тишина. Мы настолько были поражены словами Артема, что никто не мог выдавить даже слова. Даже вздоха.
- Ты получил мое благословение…только постарайся…не причинять ей боль – еле слышно произносит мама.
Я не верила своим глазам…и ушам. Мне казалось, что я сплю. Это просто нереально… Чтобы моя мать вот так спокойно сидела и разговаривала, открыто говорила о своих переживаниях…
- Я знаю, о чем ты думаешь – раздается голос мамы рядом со мной. Видимо я ушла в себя, раз не заметила, что папа и парни отошли, оставив нас наедине.
- Такое чувство, что все это нереально… - произношу пересохшими губами.
- Знаешь, эта неделя открыла мне глаза…на многое. Я столько лет держала стену, даже с тобой, боясь проявить слабость, что, кажется, забыла, какого это иметь дочь… Я пыталась тебя оберегать, но делала это неправильно. Твой отец не такой. Он всегда знал, что нужно сказать и как поступить…и именно поэтому ты пошла к нему… А Артем…он оказался не таким, как я считала. Но, к сожалению, я осознала это слишком поздно – шепчет мама.
- Мне было важно, чтобы ты поняла меня…я люблю его мам. Люблю папу и люблю тебя. Я не хочу выбирать между вами, вы одинаково мне дороги – по моим щекам потекли слезы.
- Тише, дорогая. Я рядом…и мы все рядом – мама осторожно обнимает меня. Я крепко обнимаю ее в ответ, больше не стремясь сдержать слезы.
Впервые за столько лет мне стало спокойно. Я почувствовала долгожданное облегчение, этот груз упал с души. Я не могла поверить, что это вообще происходит, но вот она мама…рядом. Наконец-то она рядом, готова выслушать и поддержать.
- Девочки, давайте к нам. Мы вас ждем! – раздается голос папы. Мы с мамой переглядываемся и улыбаясь, идем в дом.
- А вас уже можно величать тещей? – не успели мы зайти, как я слышу вопрос от Паши (Соловья)
- Да заткнись ты! – смеется Егор
- Не, ну а че? – не унимается Паша.
- Странно, что это спрашиваешь ты… - улыбаясь, произносит мама
- Ну, знаете, у нас тут шоковое состояние. Мы все еще не можем привыкнуть к тому, что вы оказывается женщина-то огонь! – произносит Кирилл.
Мы все оборачиваемся в его сторону.
- Упс…я переборщил, да? – испуганно спрашивает Кирилл. Видя его растерянное лицо, мы начинаем смеяться.
Впервые я вижу искрений смех мамы…и Артема. Удивительное просто чувство. Все, кто мне дороги сейчас рядом…без вражды, упреков и скандалов.
- Сень, на минуту – подает голос Артем. Я выхожу в след за ним.
Мы проходим в нашу спальню. Замечаю, что Артем взволнован.
- Что случилось? – внутри начинает подниматься волна беспокойства.
Вместо ответа Артем резко притягивает меня к себе и жадно целует. Я задыхаюсь от его близости, мозг тут же отключается.
- Я должен был сказать тебе это лично, не при всех. Я люблю тебя, Сень. Прости, что вел себя, как урод. Я думал…думал, что чувства сделают меня слабым. Не хотел влюбляться и связывать себя этим. Но с тобой…с тобой я хочу все – слышу хриплый голос Артема. И снова он целует. Целует так, что у меня подкашиваются ноги.
- Я никому тебя не отдам. И плевать мне, хочешь ты этого или нет. Убью любого, кто посмеет к тебе подойти. Разнесу к чертям. Ты моя, поняла? Моя и точка. Ноги оторву, если попробуешь сбежать.
В этот момент…у меня, кажется, остановилось сердце. Вглядываюсь в его глаза…пытаюсь осознать смысл сказанного.
- Сомневаешься во мне? – хриплый шепот
- Нет. Никогда не сомневалась…
- Тогда…выходи за меня замуж… - шепчет Артем, вставая на одно колено.
Глава 24. Артем
Прошла неделя после возвращения с деревенской дыры. Мы с парнями решили немного расслабиться. Завалились ко мне.
- Ты решил свить тут любовное гнездо? – слышу недовольный голос Соловья.
Понимаю к чему он клонит…
После возвращения, Сеня переехала ко мне. Ее вещи буквально повсюду. Даже в моей, мать ее, бильярдной. Но самое интересное, что мне это нравиться. Нравиться видеть ее вещи, нравиться чувствовать, что она рядом.
- То есть тебя смущает только наличие ее вещей? А его пляски на одной коленке не смутили? – ржет Волк.
- Так я всегда говорил, что он долбач. Вы ж не верили… - невозмутимо отвечает Соловей.
- Да я б на тебя посмотрел, как встретишь свою даму, сам будешь так же исполнять – с усмешкой смотрю на друга.
- Я? Плясать? Перед бабой? Да ты, Темыч, вообще поехал! – искренне удивляется Соловей.
Мы с парнями ржем. Морда Соловья, это, конечно, нечто!
- Слушайте, это все, конечно, хорошо. Но, че делать с Даней? – серьезно спрашивает Егор.