– Его здесь раньше не было, – шепнул ей Филипп. – Просто вы недавно упомянули, что выращиваете розы в своем американском саду. Я рассказал об этом Тиоти, и он немедленно приказал разбить розовый сад здесь. Пятьсот кустов! Да каких роз! Видите, как он старается. Он хочет, чтобы вам понравилась жизнь на острове.
– Вы же только вчера обещали, что будете моим союзником. А сами опять нахваливаете мне этого Тиоти, – прошипела Джессика. – Ну что вы за человек, доктор Лессаж!
Тот смутился.
– Но вы должны понять и меня…
– Я вас понимаю. Но это не значит, что одобряю. – Джессика решительно развернулась и, гордо подняв подбородок, приказала подошедшему служителю: – А теперь проводите меня в гостевые апартаменты.
Там, в шикарной спальне, она провела беспокойный день: ее нервы были натянуты до предела, она ждала, что в любую минуту на горизонте покажется корабль с Нельсоном на борту и заберет ее на родину. Но этого не произошло.
Джессика приняла приглашение правителя на ужин. Она мало говорила с ним, была печальна и, сославшись на сильную головную боль, быстро удалилась к себе. Но долго вертелась в постели и заснула лишь под утро.
Она проснулась, когда уже наступил полдень.
Вставай же, бездельница! Сама же попросила о помощи, а как тебе помочь, если ты валяешься в постели? – приказала она себе.
Но вставать не хотелось. Широкая постель, застеленная бледно-голубым шелковым бельем, разительно отличалась от больничной койки, на которой ей пришлось провести много дней. Белье пахло ее любимым запахом лаванды, и, казалось, уютная постель не хотела выпускать ее из своих нежных объятий. Но вот солнечный лучик с трудом пробился через зашторенные окна, не давая вернуться в волшебный сон. Джессика потянулась и медленно села. В дверь тут же постучали, как будто горничная все это время подглядывала в щелку.
– Входи, Моана, – позвала ее Джессика, – и приготовь мне ванну.
Пока толстуха Моана шумела в роскошной ванной, отделанной розовым мрамором, Джессика подошла к окну и потянула за шнур. Шторы раздвинулись, и она невольно замерла, любуясь прекрасным видом. В нескольких десятках метров от резиденции правителя острова, лениво поблескивая под яркими лучами солнца, расстилались изумрудные воды океана. А вдоль берега тянулись ухоженные плантации кокосовых пальм и банановых деревьев с крупными желтеющими гроздьями плодов.
В саду благоухали розы всевозможных оттенков, кусты жасмина, усыпанные пряно пахнущими махровыми белыми цветами. А между ними маленькие фонтанчики, капли струй которых причудливо преломлялись на солнце, сверкая как драгоценные камни.
Приняв ванну, Джессика вновь подошла к окну и вдруг услышала рокот мотора.
Ее сердце тревожно забилось. Она пристально вгляделась в небо и вдруг увидела ярко-белый гидроплан. Он быстро приближался к острову. Сделав изящный разворот в небе, он скользнул вниз и аккуратно приземлился на воду рядом с резиденцией. Из него вышел мужчина, одетый в темные брюки и белую рубашку с галстуком. Его сопровождала группа людей, среди которых выделялись своей темно-зеленой формой военные.
Джессика радостно вскрикнула. Она узнала последнего человека, который покинул гидроплан: это был Джон Нельсон.
Но тут в ее комнату постучали.
– Правитель просит вас срочно спуститься вниз, – очень вежливо произнесла служанка. – Прибыл глава администрации Маркизских островов.
Джессика надела голубое шелковое платье, которое она обнаружила в гардеробе своей спальни, легкие сандалии и быстро спустилась на первый этаж в гостиную.
Там уже находилась вся делегация. Глава администрации представил правителю мистера Джона Нельсона, официального посланца самого президента США. Нельсон открыл папку, вытащил из нее лист бумаги и торжественно зачитал опешившему Тиоти Третьему.
«Сердечно благодарю вас за спасение гражданки США мисс Джессики Армстронг. Мисс Армстронг надежда американского кинематографа. Завтра я приглашаю ее в Белый дом на просмотр фильма «Царица Пальмиры», в котором мисс Армстронг сыграла главную роль.
Уверен, что вы, Тиоти Третий, всегда будете желанным гостем в Соединенных Штатах Америки».
Джон Нельсон передал послание американского президента правителю острова Тира-Оа, который от неожиданности не мог произнести ни слова.
– Вам надо спешить, мисс Армстронг. Вас ждет сам президент, – торжественно произнес глава администрации Маркизских островов.
Он встал справа от Джессики, слева от нее как-то ловко и незаметно пристроился Нельсон, а сзади оказалась группа военных. Так, в торжественном молчании, они дошли до берега и взобрались на борт гидроплана.
Тиоти Третий, доктор Филипп Лессаж и многочисленные жители Тира-Оа, сбежавшиеся на берег, смотрели, как гидроплан разгоняется по глади океана, а затем взмывает в небо.
Они не видели, как в гидроплане, обнимаясь и плача, целовались Джессика и Джон.
– Здорово я сыграл официального посланца президента? – смеясь спросил Нельсон, когда Джессика немного успокоилась.
– Здорово! Ты не только режиссер, но и прекрасный актер. Я даже не знала, смотреть в твою сторону или нет. У меня внутри просто все оборвалось. И здорово ты придумал это послание от президента.
– Нет, послание настоящее. Именно из-за него я и задержался на сутки. Потому что существовала опасность, что Тиоти Третий просто так тебя не отдаст. Мы боялись, что может пролиться кровь.
– Но этого, к счастью, не случилось, – облегченно вздохнул глава администрации Маркизских островов. – Мистер Нельсон разыграл целый спектакль. Он действительно хороший режиссер.
– О, он прекрасный режиссер. А главное, замечательный человек. Уж я-то это знаю лучше всех! – воскликнула Джессика и прильнула к Нельсону. Потом она отодвинулась, протянула к нему правую руку и осторожно коснулась его головы. – Я никогда не забуду, как ты лежал на палубе яхты, истекающий кровью. А сейчас у тебя что-нибудь болит?
– Почти ничего. Японские врачи спасли мне жизнь. Так искусно зашили рану, что я почти не почувствовал боли. Но шрам на голове остался. – Джон взял руку Джессики и прикоснулся к тому месту, где был шрам. А потом прижал ее к себе и крепко поцеловал. – Ты помнишь ту ночь на яхте? – прошептал он ей на ухо.
Джессика покраснела.
– Я ее никогда не забуду, – в ответ прошептала она.
– Обещаю: у нас будет много таких ночей.
– Я верю.
А на берегу острова Тира-Оа в это время разыгралась драма.
– Откуда президент США мог узнать, что Джессика находится на нашем острове? – орал пришедший в себя Тиоти. – Это ты донес? – Он грозно посмотрел на Лессажа. – Да я тебя в порошок сотру, не посмотрю, что ты мой друг!
– Клянусь, я ничего не знаю! – закричал доктор. – Я даже не знал, что Джессика киноактриса. Она ведь говорила, что ее фамилия Лонг и что она студентка. Я только обратил внимание на то, что она очень красивая.
– Ну ладно-ладно, я тебе верю, – начал постепенно успокаиваться Тиоти. – Но как все-таки меня обвели вокруг пальца! – Он неожиданно захохотал. – Хотя меня поблагодарил сам президент США в своем личном послании…
– Да. Уверен, такого послания не получал никто из правителей других островов. Думаю, даже сам глава администрации всех Маркизских островов не получал ничего подобного, – польстил ему Лессаж. – К тому же американский президент написал, что отныне ты желанный гость в его стране. А это много значит. Можно будет завязать связи с американскими турфирмами, построить здесь пару-тройку шикарных отелей…
– Размечтался! – буркнул вдруг снова рассердившийся Тиоти. – У меня будущую жену из-под носа увели, а он…
– Но послушай, Кемуэли, ведь если она актриса, к тому же надежда Голливуда, она все равно не осталась бы на Тира-Оа. Какой остров, когда перед ней лежит весь мир?! – пытался образумить друга Лессаж.