Это было слишком – слишком прямо и слишком неожиданно.
– Разморозься, Веснушка, – неожиданно выдал Савва, и уголок его губ дернулся в кривой усмешке, – я тебя не собираюсь в жены брать. Рони против дележки заднего сидения.
Он кивнул на пса, который тут же тявкнул, будто подтверждая, и из меня вырвался неуверенный смешок. Напряжение, сковавшее тело секунду назад, стало слабее, благодаря таланту парня разряжать обстановку. Но недостаточно, чтобы я расслабилась.
– Извини, я просто… не ожидала такой прямолинейности, – выдохнула, качая головой.
– Ты задала вопрос – я ответил. Так что, теперь все прозрачно. Но пока, Ксюша, не надо тебе над этим голову ломать, ясно?
Нет, мне вообще ничего не было ясно, но я как-то не решилась возражать. Его слова прямо застряли в голове и закрутились как заезженная пластинка. Он, правда, это сказал? И что мне, блин, теперь делать?..
Между тем Савва уже отвернулся, будто закрыл тему, и я поняла, что на сегодня с меня действительно достаточно. Друг Жени напоминал сейф – приоткрыл дверцу, показал краешек того, что внутри и снова защелкнул замок.
– Ладно, – пробормотала я, торопливо смещаясь ближе к двери. – Спасибо, что подвез. И… за прогулку тоже!
Савва кивнул, коротко и резко, будто это ничего не значило. Но только я потянула ручку, чтобы выйти, как вдруг услышала:
– Завтра в три у входа?
Оторопело обернувшись, встретилась с его взглядом – невозмутимым, но цепким, как капкан.
– С буклетами, – добавил парень, едва уловимо усмехнувшись.
– А… да… конечно, – пробормотала, чувствуя, как щеки снова жжет. – Я принесу.
– Тогда до завтра, – бросил он, и это прозвучало как команда.
Кивнув, я выскользнула из салона и захлопнула дверь, стараясь не оглядываться. Но пока шла к воротам, буквально спиной чувствовала взгляд Саввы – тяжелый, пронизывающий, как луч фонаря в темноте. Марк тронулся с места только тогда, когда я скрылась за калиткой, и этот звук – низкий гул мотора – словно отозвался эхом прямо у меня в груди.
Дома было тихо и пусто. Бросив сумку в прихожей, я устало разулась и плюхнулась на диван кухни. Глаза изучали потолок, а в голове не стихал голос Саввы, низкий, хрипловатый – он будто ввинчивался в мои мысли: «Меня интересует не только универ. Но и ты» Как выстрел в упор, и я до сих пор не могла отойти от отдачи! Осталась под таким впечатлением, что весь день только и думала о нем...
27.1
Утро следующего дня тоже началось с него. Я проснулась от собственного резкого вздоха, выныривая из сна, который оставил после себя горячую дрожь под кожей. В голове крутились обрывки — шумные волны, ветер с привкусом соли, Савва… Он стоял совсем близко, ближе, чем в реальности. Высокий, угрожающе красивый и уверенный.
Его пальцы скользнули по моему запястью, оставляя за собой ток, как от слабого разряда. Через гул моря я слышала его дыхание, и чувствовала запах мужского парфюма с примесью табака. Рука парня поднялась к моему лицу, и я ощутила тепло его ладони на своей щеке. Хотела отойти, но ноги не слушались. Он наклонился, дыхание обожгло мои губы, упругий язык проник в рот и… В этот момент я проснулась с влажными ладонями и пульсом, который стучал в висках.
Сев на кровати, прижала руку к груди, будто так могла успокоить бешеное сердцебиение. Да что же это?.. Я ведь почти не знала его, а он уже лез в мои сны!
Закрыв глаза, тряхнула головой, но, увы, образ Саввы никуда не делся.
– Черт!.. – Только сейчас посмотрела на часы.
Слетев с кровати, я побежала в ванную. Ноги дрожали, как после долгого бега – проспала на пол часа! Наспех умывшись и расчесавшись, я вернулась в комнату, натянула джинсы, толстовку, схватила сумку и выбежала из дома. Даже не притронулась к тому, что мама оставила мне на завтрак.
Спешно двигаясь к воротам резиденции, я думала о том, что нужно вызвать такси, иначе точно опоздаю, как вдруг резко замедлила шаг. Заметила знакомую фигуру у поста охраны и сердце тут же ухнуло вниз.
Отчим стоял у входа в своей форменной куртке, ссутулив плечи и глядя куда-то в сторону. Он не увидел меня сразу, поэтому я могла бы просто пройти мимо, но что-то внутри дернулось… злость, страх, обида, все вперемешку.
– Пап? – окликнула, и голос прозвучал резче, чем я хотела.
Он обернулся. Я увидела его лицо – осунувшееся, с темными кругами под глазами и сердце предательски сжалось. Улыбнувшись теплом, смешанным с тревогой, папа поспешил ко мне. Однако приблизившись, сохранил дистанцию, заметив мой отчужденный вид