Марк не спеша покатил мимо, издав многозначительный короткий сигнал. Я улыбнулась, как дурочка, и тут же закусила губу. Боже, это реально со мной происходит?.. Еще месяц назад я избегала даже смотреть на этого парня!
Сейчас мне было безумно сложно разобрать свои чувства из-за бешенной дозы адреналина. Одно могла сказать наверняка – внутри не возникало какого-то протеста или отторжения, только паника перед неизвестностью. Ведь я понимала, что если соглашусь на предложение Саввы, это будет уже что-то серьезное… Хотя точно ли будет так? Ведь я совсем не знала его. И наши понятия о серьезном могли очень отличаться.
32
Шагая по тротуару, где желтые листья шуршали под ногами, я так глубоко ушла в себя, что не среагировала на низкий гул мотора совсем рядом.
– Эй, красавица, подвезти? – раздался вдруг знакомый голос.
Я резко повернула голову и замерла. Женька, высунувшись из окна своего черного внедорожника, скалился, как кот, поймавший канарейку. Его светлые волосы, слегка растрепанные, падали на лоб, а в голубых глазах плясали озорные искры. На нем была темно-зеленая куртка, расстегнутая, несмотря на прохладу, и белая футболка с каким-то дурацким принтом.
– Спасибо, сама дойду! – отмахнулась я, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди. Напугал, мажор…
Но Женька не отставал. Его Гелик медленно полз рядом, шины тихо шуршали по мокрому асфальту.
– Че такая счастливая? Пятерку, что ли, получила? – подколол он, прищурившись.
– Ага!
– Или это поцелуи Саввы так действуют?
Я замерла, как вкопанная, и уставилась на парня.
– Ты что несешь?..
Женька хмыкнул, откинувшись на сиденье. Его улыбка стала шире, но в ней мелькнула тень чего-то серьезного.
– Ой, Морковка, не прикидывайся. Думаешь, я не в курсе, что ты уже несколько дней с ним катаешься?
Я сглотнула, пытаясь собрать мысли в кучу.
– Савва тебе рассказал? – выдохнула недоуменно, чувствуя, как внутри все сжимается.
– Да конечно. – Женька закатил глаза. – Савва не из тех, кто будет трепаться! Просто видел вас, голубков, сегодня на дороге. А вчера твой батя меня допрашивал, почему это мой друг тебя катает?
Мое сердце ухнуло в пятки. Папа? Я больно прикусила губу, уставившись в пустоту. Ветер подхватил прядь моих рыжих волос, и я нервно заправила ее за ухо.
– Черт… И что ты сказал?! – нервно воскликнула
Мажор пожал плечами, будто это было пустяком.
– Сказал, что ты взрослая девочка и у него скоро зять появится!
– Что?! – Я чуть не поперхнулась. – Совсем больной, что ли?
Мои глаза, наверное, стали размером с блюдца, а Женька начал ржать, запрокинув голову. Его смех эхом разнесся по пустой улице, и я почувствовала, как злость кипит в груди.
– Да не трынди! – огрызнулась сквозь зубы. – Серьезно, что ты сказал?
– Расслабься, Морковка! Ничего я не говорил. Кент из охраны доложил, что Савва тут тусовался без меня. Вот и все.
Я громко цокнула языком и рванула вперед, чувствуя, как щеки горят. Шутник, блин. Тротуар тянулся вдоль невысокого забора, за которым виднелись голые ветки яблонь, а вдалеке уже маячили ворота резиденции.
– А ты че так шугаешься, Морковка? – не унимался Женька, подстраивая скорость машины под мой шаг. – У вас там что-то, серьезное уже намечается?
– Не твое дело!
– Конечно, не мое, – хмыкнул он, но в его голосе появилась нотка снисхождения. – Только я в толк не возьму… Ты же его со счетов списала, просила меня ни за что не давать Савве твой номер, называла «опасным типом», а теперь вон – счастливая раскатываешь в его тачке! Передумала? Уверена, что потянешь такого парня?
Я остановилась, злясь, что его слова бьют прямо в цель. Мажор смотрел на меня, приподняв бровь, и его взгляд был не просто любопытным – он будто проверял, насколько я серьезна. Я закатила глаза, но внутри все кипело. Он прав. Еще недавно я шарахалась от одного имени Саввы, а теперь… Теперь я не могу выкинуть его из головы.
– Если ты не забыл, это ты меня с ним познакомил, – парировала я, скрестив руки. – Так чего теперь переживаешь?
Женька фыркнул.
– Кто ж знал, что у тебя такая реакция будет? Я думал, на той вечеринке все и закончится. Да, походу, нет…
– Он просто меня подвозит, – буркнула я, чувствуя, как раздражение смешивается со стыдом. – Что в этом такого?
– Подвозит? – Он прищурился, и его голос стал серьезнее. – Ты в нем таксиста, что ли, увидела, Морковка?
Я открыла рот, но колкие слова застряли в горле. Вместо этого бросила:
– Думай, что хочешь! Нравится ему со мной возиться – пусть возится. Ничего плохого он мне не делает!