- Ага, как же. Знаю я эти ваши разговоры, - пробурчал я, снимая куртку, - последний раз во время одного такого «разговора» мне всадили арбалетный болт под лопатку, а ваша Гильдия лишилась шестерых членов.
- В этот раз всё должно пройти гладко, - зловеще пообещал Лайс.
- Хочешь сказать, что на этот раз вы лучше подготовились? – хмыкнул я.
- Есть шанс, что ты согласишься пойти добровольно.
Я тяжело вздохнул. Что ж, попытка решить всё мирно не удалась. Наёмники чуть сузили круг.
Я уже снял куртку, вынул из-за голенища сапога два ножа и аккуратно положил всё это на землю. До этого момента на мои действия не обращали внимания, но теперь, когда сверху на кучу вещей приземлились ножны с мечом, а я принялся снимать сапоги, Мангусты недоумённо переглянулись.
- Придурок, – пожал плечами один из них.
Понятное дело. Ребят никто не удосужился предупредить о моих… хм… особенностях.
- Ладно, хватит. Берём его! – приказал Лайс.
Убийцы двинулись на меня, обнажив мечи, намереваясь, видимо, пустить мне кровь и притащить к хозяину полудохлым, но я поднял руку, молча прося их ещё немного подождать. Наёмники вновь переглянулись, видимо, не ожидая от меня подобной наглости, но послушно остановились.
Я снял рубашку, аккуратно её сложил, кинул сверху на кипу вещей и, расстегнув пряжку ремня, довершил им натюрморт.
- Ты закончил? – любезно спросил у меня Лайс.
- Да, вполне, - я отстранённо подумал, что брюки, видимо, придётся прикупить новые, вряд ли они переживут перевоплощение, – теперь можем и поговорить…
Я знал, что трансформация происходит быстро. Не мгновенно, как у жителей Обо, но зато без жуткой боли, присущей превращениям вервольфов. Я редко смотрюсь в таком виде в зеркало, но что из себя представляю, вполне в курсе. Мангусты же попросту охренели. Как я уже сказал, ребята не были предупреждены, с кем им предстоит сражаться. И уж конечно, как со мной вообще сражаться.
- Вервольф! – заорали они.
Идиоты. С какой такой стати я вервольф? Книжки читать надо, что бы разницу видеть. Хотя, что взять с необразованного мужичья? Максимум, что они умеют – это деньги за заказ считать, причём где-то до десяти, не больше. Ну, пусть будет вервольф, если им так хочется. А мне остается лишь быть самим собой.
Я издал утробный рык (это у меня очень хорошо получается) и бросился на наёмников…
...
Как только длинноносый Най перестал подавать признаки жизни, я отпустил его, и он кулем свалился на мостовую.
Я выпрямился во весь свой немаленький рост и повернулся, обратив взгляд нечеловеческих глаз на последнего оставшегося в живых Мангуста. Мне надо было, что бы он ушёл. Пусть идёт к Дерку. Пусть расскажет ему, как они меня уже достали. Пусть сообщит ему, что я не намерен с ними больше церемониться.
Лайс всё понял и, не отрывая от меня взгляда, скрылся в подворотне…
...
Я застегнул пряжку ремня и повесил на него ножны с мечом. Вопреки моим ожиданиям, брюки остались вполне целы. Может, только растянулись слегка и кое-где лопнули по швам. Что поделать – с подобным мне приходится мириться, так как одежду я рву нещадно и, чего греха таить, довольно часто.
Ох, и не люблю же я этим заниматься, но чаще они просто выбора мне не оставляют. Представляю себе рожу Лайса, когда он будет объяснять Дерку, по какой причине они не выполнили задание и ещё потом, когда поймёт, почему Дерк совсем не удивлён. Я хмыкнул. Всё-таки, глупо. Ведь Дерк в курсе, что я из себя представляю. Посылать против меня пятерых, пусть даже таких опытных, как Лайс, это всё равно что отправлять их на заклание. Идиот. И не жалко ему своих людей? Я, конечно, не против слегка поуменьшить поголовье наёмных убийц Таргерры, но ему-то это зачем?
Я оглядел переулок. Трупы я решил оставить на своих местах – пусть ими стража занимается. Кстати, я совсем не удивлён, что она ещё не здесь. Как всегда не спешит.
Из подворотни выглянул Тень. Оглядев место побоища, иначе никак не назвать, он одобрительно на меня посмотрел, показал мне большой палец и вновь скрылся в подворотне.
Я закатил глаза. То же мне, ценитель нашёлся. Появись он тут минут десять назад, мне не пришлось бы мараться.
Сбоку раздалось недовольное фырканье. Я подошёл к загону для лошадей и успокаивающе похлопал лохматое существо по мускулистой шее. Существо носило имя Демон, а по происхождению являлось чёрным единорогом. А это значит – крупное мускулистое тело, покрытое блестящей шерстью цвета воронова крыла; копна косматой чёрной гривы, которую никак не расчесать; длинный хвост, больше похожий на коровий; тяжёлые раздвоенные копыта; незаурядный интеллект и скверный характер. Разумеется, во лбу был рог, но не такой длинный, витой и красивый, как у его прямых родственников - легендарных белых единорогов, а небольшой, с ладонь, плоский, слегка загнутый назад, с зазубренной кромкой по внутреннему краю.