- Как его зовут? – машинально спросила Марсела. Она почувствовала горьковатый привкус во рту и подумала о том, что ей хочется поохотиться. Кровь она пила редко, уже не одно десятилетие предпочитала более сытный рацион, отрицательные эмоции, но истинная природа иногда напоминала о себе жаждой погони.
- Марио, - ответила Джорджия таким тоном, словно пела написанную специально для нее песню.
Да уж, подумала Марсела. Ты такой же Марио, как я – Саммер.
- Подойдешь? – вкрадчиво осведомилась подруга.
Женщина помолчала. Ощущения опасности от итальянца не исходило, и ее разбирал азарт. Почему бы и нет? Либо ее сгребут в охапку и утащат туда, откуда она уже не вернется… либо утащат в постель и устроят феерическую ночь. С инкубом Марсела спала только однажды, и воспоминания у нее остались приятные. Инкуб был средненький, молодой и растерянный, но старался вовсю. Каково это – с высшим, да еще и с древним?..
- Подойду. Только надену что-нибудь подходящее.
***
Амстердам, город, в котором она до этого ни разу не бывала и ошибочно называла столицей Голландии, принял Марселу с распростертыми объятиями. Она успела подустать от крохотных деревенек и городков, где единственный магазин закрывался в восемь вечера. Легкий налет старомодности пришелся ей по душе, она любовалась каналами и даже приобрела велосипед. Правда, часто и далеко не ездила: посыльные, работавшие в заведении мадам, могли доставить девушкам все, что угодно, двадцать четыре часа в сутки.
Спрашивая у себя, не опустилась ли она на самое дно, присоединившись к компании дам легкого поведения, точного ответа Марсела не находила, но он ее не волновал. Лучшего места для того, чтобы скрыться, не придумаешь. Ей даже не пришлось менять внешность - только осветлить волосы, а уж с помощью содержимого косметички можно преобразить себя полностью. В клиентах Марсела недостатка не испытывала, экзотическая внешность мулатки пользовалась спросом. Со смертными она спала редко, предпочитая зачаровывать наивных дурачков и внушать им воспоминания о страстной ночи. Для темных эльфов иногда делала исключение. От вампиров так просто отвязываться не получалось, но ничего против обращенных женщина не имела.
Здесь бывали и молодые, едва перевалило за пятьдесят, и относительно древние. Пару раз являлись главы кланов - этих интересовала только выпивка, то есть, светлые эльфийки. А с месяц назад в двери заведения мадам вошел служитель культа Равновесия. Нильс, самый рослый из охранников, слегка струхнул, так как каратель оказался выше на несколько сантиметров. У него были темно-каштановые волосы, к которым давно не прикасались ножницы парикмахера, ореховые глаза, смуглая кожа и потрепанный вид, но он, как и его братья, оставался красавчиком. К нему через несколько секунд приклеились все вакханки, работавшие у мадам, и Великий не имел ничего против.
Марсела надела короткое, едва прикрывающее бедра платье из серебристой материи, взяла расческу, но отложила ее и уверенными движениями взбила волосы. Ей нравился этот небрежный вид. Идеально прилизанные девочки мозолят клиентам глаза, и им хочется отведать другое блюдо. Думать о том, что итальянец сегодня ее отведает, было приятно. Даже если он пришел с недвусмысленной просьбой от людей - существ? - которым она перешла дорогу, никто не помешает им провести пару часов наедине. А потом, кто знает, еще час. И еще. И так - до утра.
- Дура, может, он никакой не инкуб, а обыкновенный вампир, - сказала своему отражению Марсела, подкрашивая губы. - Ведешь себя так, будто только вчера получила бессмертие. Увидела красивого обращенного - и все, мозг отправился погулять.
Опасного и красивого. Это сочетание, по ее мнению, было идеальным.
***
Марсела появилась в главной зале минут через тридцать. Свет уже приглушили, девушка, сидевшая за роялем, играла что-то медленное и романтичное, а народу было полно. Джорджия сидела на коленях у молодого вампирчика, Саманта, вакханка, о которой тонкий ценитель сказал бы «хорошо выдержанное вино» - два с лишним века от роду - беседовала с темным эльфом, одетым в деловой костюм. Марсела нашла глазами итальянца и, к своему удивлению, поняла, что он сидит в одиночестве. Незнакомец пил вино и со скучающим видом изучал толпу.
- Синьор кого-то ждет? - поинтересовалась она, приблизившись.
Итальянец опустил очки на кончик носа, посмотрел на нее и выпрямился, положив руки на подлокотники кресла. Марсела успела разглядеть его глаза. Серо-голубые. Холодные, как и следовало ожидать. Вся сцена заняла не больше доли секунды, но она поняла сразу три вещи. Во-первых, он не просто древний вампир - он чертовски древний вампир, давно перешагнувший тысячелетний рубеж. Во-вторых, он действительно инкуб, и его эмоциональный запах - чертовски приятный - не учуяло бы разве что лишенное обоняния существо. Это настолько удивило Марселу, что третья мысль - он не просто так носит солнцезащитные очки, и тот факт, что ей позволили увидеть глаза незнакомца, является чертовски подозрительным - не успела достигнуть сознания. Она замерла, как жертва перед удавом, попав под влияние магии итальянца. Древней, темной магии, которая с легкостью минует все защитные покровы и обращается напрямую к инстинктам.