- Я принес кое-что. Подойди.
Девушка нехотя выбралась из кровати, подошла к нему, взяла со спинки стула рубашку и накинула ее на плечи.
- Здесь есть контракт, - сказал Марио, указывая на папку. - Документы на эту квартиру. Теперь она принадлежит тебе.
- Что… как?
- Я тут нечасто появляюсь, а тебе нужен личный уголок. В доме отца особенно не порезвишься, подруг на коктейльную вечеринку не пригласишь.
Она взяла папку и бегло просмотрела документы.
- О Господи, Марио. Что ты подаришь мне завтра? Спортивный автомобиль?
- Захочешь машину, amore mio - будет тебе машина. Куплю красную. Чтобы все оборачивались тебе вслед. Ты этого достойна.
Пьетра присела на стол и принялась изучать свои ногти. Квартира у Марио была что надо: большая гостиная, две спальни, хозяйская и для гостей, маленький кабинет и уютная кухня. Рукой подать до магазинов и до рынка. И стоила дорого. Очень. Девушка вот уже год с лишним работала в конторе, занимавшейся торговлей недвижимостью, и в ценах разбиралась.
- Это означает, что ты будешь приезжать еще реже?
- Не могу сказать, amore mio. Все зависит от твоего папы.
Он никогда не называл ее по имени. Эта его привычка приводила Пьетру в бешенство, и она собирала волю в кулак для того, чтобы сдерживаться.
- Прости. Я скучала. Ты не приехал на мой день рождения, хотя я ждала.
- Задержался в Амстердаме. Дело было важным.
- Та сбежавшая девчонка, да? Как ее там? Марсела?
На лице Марио появилось выражение, которое Пьетра так и не смогла охарактеризовать.
- Я искал ее несколько месяцев. Знаешь, где она хранила бумаги? В банке, куда ты раз в неделю заруливаешь для того, чтобы обналичить чеки.
- Тебе это нравится?
- Что именно? - поднял брови он.
- Твоя работа.
- В противном случае я бы этим не занимался.
- Что ты сделаешь, если отец узнает о нас?
Марио принялся собирать бумаги.
- Давай отложим пустословие на потом. Мне нужно серьезно поговорить с твоим отцом, и я должен сосредоточиться. Ты всегда была умной девочкой. Уверен, и сейчас поймешь.
Пьетра подошла к окну, запахнула рубашку и присела на подоконник.
- Клаус уже тут, - сказала она, посмотрев вниз.
- Да, я в курсе. Пусть посидит в машине. Он привык ждать.
Девушка взяла с подоконника пачку тонких сигарет и открыла ее.
- Какая она, эта Марсела?
- Сногсшибательная мулатка с соблазнительными формами и огненными глазками. Если ты настроена на то, чтобы донимать меня разговорами о чувствах, предупреждаю: лучше не открывай рот. Я и так редко вижу тебя. Не стоит портить наши встречи вопросами «все ли у нас серьезно».
- Иногда женщинам хочется уверенности в завтрашнем дне.
Марио неожиданно выпрямился, швырнул бумаги на стол, подошел к ней и взял за подбородок, заставляя посмотреть в глаза.
- Если тебе хочется уверенности, - произнес он тихо, - отправляйся к папочке - и пусть он найдет для милой дочки подходящего муженька.
Пьетра вздохнула и обхватила себя за плечи.
- У меня плохое предчувствие, - заговорила она после паузы. - И такое ощущение, что ты вляпался в неприятную историю.
- Вся моя жизнь - одна большая неприятная история.
Девушка щелкнула зажигалкой, затянулась и посмотрела в окно.
- Иногда я жалею о том, что ты никогда не будешь нормальным человеком.
- Да я и сам порой жалею, amore mio, - с серьезным видом ответил Марио. - Но, слава богу, через минуту переключаюсь на другие мысли.
***
Когда Пьетра припарковала свой «мазерати» на дорожке перед домом, передала ключи одному из слуг, взбежала по мраморным ступеням виллы и вошла в распахнутые двери, отец и Марио сидели на диване в гостиной. Гость был в узких черных брюках и белоснежной шелковой рубашке, хозяин - в домашнем халате из тяжелого бархата.
- Милая, ты опоздала на ужин, - упрекнул отец.
- Прости, папа. Мы с Фортуной заглянули в магазин нижнего белья и застряли там на полтора часа.
- Выбирала что-то особенное для первой брачной ночи?