- Закрой рот и слушай внимательно, - обратился Марио к незнакомцу на другом конце провода. - И не дай бог упустишь хоть слово.
Он перешел на английский, заговорил так быстро, что Пьетра уловила всего несколько слов, и вернулся к итальянскому только в конце беседы:
- Его зовут Фабио. Скажи, что тебя прислал я, и пусть выезжает немедленно. Вместе с инструментами, конечно, идиот, за каким чертом он мне сдался без инструментов?! С остальным я разберусь сам.
Марио сунул телефон в карман джинсов. Он стоял, глядя на осколки вазы, и, судя по сосредоточенному выражению лица, о чем-то напряженно размышлял.
- Я уберу, - нарушила молчание девушка, кивая на пол.
- Ты можешь возвращаться в дом отца прямо сейчас. - Марио продолжал изучать хрустальные осколки. Он спрятал руки в карманы. - Через пару-тройку часов мне нужно будет уехать. Потом я вернусь. Вероятно, не один.
Пьетра вспыхнула. То ли нервное напряжение последних дней дало о себе знать, то ли неприятная сцена с ругательствами произвела на нее более сильное впечатление, чем она ожидала - но девушка не сдержалась и выпалила:
- Надеюсь, ты приятно проведешь с ней время! Не буду откладывать свой уход в долгий ящик - соберу вещи прямо сейчас!
Марио, вопреки ее ожиданиям, не вспылил. Он не поднял глаз, не повел и бровью. И это спокойствие окончательно вывело Пьетру из себя.
- Ты не возражаешь, не защищаешься и не оправдываешься! Этого и следовало ожидать! Ты посадил меня на золотую цепь, сам разгуливаешь на свободе и делаешь то, что хочешь, а теперь настолько обнаглел, что приводишь своих любовниц сюда?! - Она подняла руку, указывая в направлении спальни. - Ты будешь развиться с ними прямо тут, в кровати, где когда-то сделал меня женщиной?!
- Замолчи.
Сдержанный ответ подействовал на Пьетру как ледяной душ. Марио взглянул на нее исподлобья.
- Ты сказала все, что хотела? - поинтересовался он.
- Да. Пойду собирать…
- Теперь буду говорить я. И ты не повернешься ко мне спиной, пока я не закончу.
Пьетру окатила волна огненной ярости.
- Да как ты смеешь так со мной… - начала она.
Пощечина оказалась не столько болезненной, сколько обидной. Девушка прижала ладонь к лицу, из глаз брызнули слезы.
- Это короткий ответ на твои обвинения. - Впервые на памяти Пьетры Марио выглядел таким безразличным, когда она плакала. Слишком много «впервые» за этот вечер. Он казался ей другим человеком. Хотя… нет. Люди не оказываются другими и не меняются в один миг. Они показывают второе лицо. Настоящее? Ей не хотелось верить в то, что настоящее лицо Марио выглядит именно так. - А вот объяснение. В те моменты, когда я был рядом, я отдавал тебе всего себя. Я звонил тебе из других стран каждый день. Я делал все, что ты хотела. Дарил тебе все, что ты хотела. И вот что я слышу теперь.
- Ты хочешь убедить меня в своей верности?! - всхлипнула Пьетра. - Ты думаешь, я полная дура?! Да я ничего о тебе не знаю! Чертовы перчатки! Ты даже не можешь объяснить мне, откуда в тот день на тебе взялись эти перчатки!
Взгляд Марио скользнул по компьютеру, по залитым водой из вазы документам и остановился на окне.
- Перчатки. - Он повернулся к Пьетре. - Сначала - перчатки. Потом - любовницы. Есть какие-то грехи, в которых ты меня не обвинила, amore mio? Может, ты думаешь, что я убил твоего отца?
От лица девушки отхлынула кровь, руки помимо ее воли сжались в кулаки.
- Что ты несешь? - прошипела она, с трудом подавляя желание его ударить.
Марио взял с другого конца стола упаковку с салфетками и убрал брызги воды с монитора.
- Подумай об этом, пока будешь собирать вещи. Надумаешь - позвони.
- Марио, я… - предприняла попытку возразить Пьетра.
- Если ты не поняла, женщина, выражусь прямо. Убирайся. Сейчас же.
***
Фортуна перегнулась через стол и потрепала подругу по руке.
- Я желаю тебе добра, милая, - улыбнулась она. - Может, я говорю чересчур резко, но это для твоего же блага.