Милдар тут же подсуетился и позвал жриц: обычно именно жрицы младшего звена занимались такого рода работой. Естественно, жрицы высказались резко против подобной идеи, потому что побоялись конкуренции со стороны обычных девушек. Священники же, наоборот, предложили поощрить тех девочек, которые готовы овладеть грамотой на высоком уровне, чтобы получить более почётную работу.
Незаметно в дискуссию вмешивались всё новые и новые лица, как мужские, так и женские, и вот уже – даже передвинули диванчики, чтобы всем было удобнее сгрудиться вокруг Эсны.
Та слегка растерялась от возникшей было суеты. Все хотели говорить, и все хотели, чтобы именно она оценила их идеи. Ей показалось, что она в жизни не справится с этим потоком мыслей, но небесная княгиня невозмутимо установила тишину и определила порядок тем, которые будут обсуждаться ныне, пообещав также, что в будущем пройдёт ещё несколько собраний подобного рода. Так же весьма удачно вынырнул из-за диванчика его благолепие, поделившись с Эсной блокнотиком, и дело пошло на лад.
Два часа длилось горячее и живое обсуждение. Милдар талантливо передавал слово желающим высказаться, чередуя их так, что каждый чувствовал себя довольным и услышанным; небесная княгиня строго следил за тем, чтобы разговоры не уходили от темы; его благолепие фиксировал все важные замечания. От Эсны оставалось только мило улыбаться, благодарить и резюмировать сказанное, что ей вполне и удавалось.
После обсуждения был запланирован чай; здесь все, наконец, расселись по группкам, но всё равно продолжили всё то же обсуждение, время от времени срываясь и подходя к Эсне с очередным предложением.
Право, энергии собравшихся хватило бы на то, чтобы организовать пяток университетов! Впрочем, и мысли их явно текли именно в таких глобальных направлениях, потому что все присутствующие постоянно забывали, что основная цель готовящегося заведения – учить грамоте девочек из бедных семей. А не устраивать языковые школы, исследовательские лаборатории или ремесленные училища.
Так что, несмотря на прилежность его благолепия, собственно толковых идей для проекта Эсны было не так уж много. Зато всяких других соображений всех сортов – десять полных страниц, и это убористым почерком с сокращениями!
Тем не менее, приём, определённо, удался! Попивая чай в редкую минуту спокойствия, Эсна с удивлением оглядывала зал, наполненный ещё недавно – незнакомцами, а теперь – единомышленниками.
В одном углу директор школы для мальчиков взял в оборот одного из кандидатов с супругой. Бурно жестикулируя, он что-то горячо им объяснял, на что дама отвечала не менее бурно. В другом месте жрица ругалась со священником – эти две касты издавна недолюбливали друг друга – а бедолага-Милдар явно выступал между ними буфером, который пытается смягчить ситуацию. Неподалёку от входа его благолепие что-то обсуждал с кем-то из князей.
Эсна так увлеклась разглядыванием, что не заметила, как к ней подсела сестра Грэхарда, Анхелла.
– Вы довольны, солнечная госпожа? – с улыбкой спросила она.
Улыбка слегка смягчала жёсткие черты её лица, но, к сожалению, не добавляла красоты.
– Мне кажется, я сегодня обрела многих единомышленников, – призналась Эсна.
Ей показалась, что принцесса немного замялась. Тень пробежала по её лицу; затем она взяла себя в руки и заметила достаточно твёрдо, хотя нервные движения пальцев выдавали её волнение:
– Возможно… я могла бы тоже принять деятельное участие с организации? – и поспешно добавила аргумент в свою пользу: – Я умею заниматься с детьми, у меня есть опыт!
В смятении Эсна бросила взгляд в сторону небесной княгини, но та была занята разговором с генералом Дранголом, так что оттуда помощь не ожидалась.
С одной стороны, Эсна понимала принцессу: наверняка той смертельно надоело проводить все свои дни в Нижнем дворце, не зная, чем ещё занять себя, кроме как воспитанием детей. С другой, решать такие вопросы в обход Грэхарда или хотя бы княгини казалось в высшей степени неразумным. Речи о том, чтобы в изобретаемой школе как-то участвовали благородные дамы, и вовсе не шло, а что уж говорить о принцессе из рода Раннидов!
Не найдя ничего лучше, Эсна бесхитростно поделилась своими соображениями по этому поводу. Помрачневшая Анхелла согласилась, что её положение, действительно, едва ли допускает такие вольности.
– Но я целиком на вашей стороне, – заверила её Эсна, для поддержки беря её руку в свою, – и если есть какой-то шанс задействовать вас, я его использую!