Хотя все успешно делали вид, что отсутствие владыки связано исключительно с его занятостью делами государства, Эсна столь упорно избегала любых упоминаний мужа в своих рассказах, что и старый князь, и Ална сходу заподозрили неладное. Расспрашивать при Раннидах о подробностях им показалось несвоевременно, и они задумчиво переглянулись, явно прикидывая какой-нибудь план по отделению Эсны от общей толпы с целью разговорить её в сторонке.
Тат что вскоре Ална умело заняла дам беседой, а князь задумал объяснять дочери особенности парусного вооружения конкретно этой яхты, что позволило им отойти немного в сторонку, вроде как разглядывая паруса и такелаж.
– Что у вас случилось, Эсни? – тревожно спросил отец, проницательно разглядывая её лицо.
В её глазах мелькнуло недовольство; ей, совершенно точно, не хотелось ни о чём рассказывать, поэтому она расплывчато отмахнулась от его беспокойства:
– Пустое, батюшка.
Тот, однако, не дал себя провести.
– Я слыхал от зрящего сквозь лица, – припомнил он младшего Треймера, – что у тебя были какие-то проблемы?
– Ничего, с чем я не сумела бы справиться сама, – с некоторой даже холодностью парировала Эсна. – Право, отец, у всяких супругов бывают разногласия, – и выразительно повела головой в сторону Алны, намекая, что в браке её сестры проблем куда как больше, чем в её собственных.
Князь нахмурился, принимая этот аргумент, и некоторое время любовался самым большим парусом, волнами ходящим под порывами свежего морского ветра.
Поразмышляв о чём-то, он напомнил:
– Мы сможем устроить развод, если будет нужно, солнечная госпожа. – И весьма неожиданно для Эсны добавил: – Да и сотрясающий палубу, если что, всегда примет тебя в качестве жены.
Её брови удивлённо приподнялись. До этого кандидатура этого жениха обсуждалась лишь как заслон от притязаний владыки; пассаж с возобновлением такого предложения выглядел, мягко говоря, странно.
– Сотрясающий палубу? – выразительно подчеркнула своё удивление Эсна, требуя разъяснений.
Отец опёрся рукой на борт и невозмутимо отметил:
– Это был бы лучший вариант для тебя, чем Раннид, солнечная. Присмотрись. Когда владыка остынет к тебе, продолжать цепляться за этот брак станет опрометчиво, он не принесёт нам выгоды, а тебя сделает несчастной.
В глубоком недоумении Эсна опустила ресницы, пытаясь понять, что за странные политические интриги пошли в ход, и почему отец, который недавно вроде как находил некоторую выгоду в её браке с владыкой, теперь чуть ли не в открытую призывает её оставить этот брак в прошлом.
– Я услышала тебя, грозовой адмирал, – наконец, ответила она.
– Прекрасно, солнечная, – улыбнулся он в ответ, с нежностью поправив её прядку.
После этого небольшого разговора они вернулись к общей группе. Ална всё ещё развивала тему воспитания детей – её собеседницы явно была заинтересованы этим разговором, и охотно вставляли свои соображения и наблюдения.
Как только к кружку присоединилась Эсна, тема почти сразу перешла на её начинания в плане организации школы для девочек. Княгиня и Анхелла были в восторге от этой идеи, и наперебой рассказывали Алне, как прошёл приём «на анжельский манер».
– Как жаль, что я не смогу поучаствовать, – смущённо отметила Ална.
– Но почему же, дорогая? – удивилась княгиня, обращая удивлённый взгляд на Эсну, словно ожидая ответа именно от неё.
Та легонько нахмурилась и покачала головой, разумея этим: полный глушняк. По лицу княгини скользнула тень.
– Зрящий сквозь лица против женского образования, – сдержанно отметила Ална. – Едва ли будет уместно, чтобы я вмешивалась в подобные проекты.
– Ты могла бы хотя бы спросить у него, – закусила губу Эсна, которой очень не хватало сестры в этом деле.
– Быть может, я могла бы похлопотать? – в свою очередь, вынесла предложение княгиня.
Анхелла молчала, потому что понимала Алну, как никто другой.
– Его повелительство, – решила подбодрить сестру Эсна, – всегда говорит мне, что, если чего-то хочется, имеет смысл просто открыть рот и сказать об этом.
– Это только если ты жена его повелительства! – возвела глаза к небу Анхелла. – К другим он не столь благосклонен.
– Но Ална как раз и есть жена зрящего сквозь лица, – возразила Эсна. – Он должен быть благосклонен к её просьбам.
– Можно замолвить слово перед его повелительством, – задумчиво предложила княгиня, изящно переставляя чашечку с чаем. – Если он заметит князю Треймеру, что присутствие его супруги в проекте желательно, тот не сможет выступить против.