А может, вообще пора разбегаться? Пока её нет, «сменить объект»? Все равно ведь ничего серьезного в обозримом будущем не получится, работа не позволит. А женщине скоро сорок — вот и прикинь, подождет ли она ещё несколько лет или пошлет тебя по-всероссийски известному адресу. И будет абсолютно права, кстати…
Тьфу ты, господи, какая-то чепуха сегодня в голову лезет: то вчерашняя девчушка, то многолетняя любовница, заветной мечтой которой с первого дня был поход в загс. Помешались они все на обручальных кольцах, честное слово! Хотя… В Конторе к браку отношение серьезное, развелся — попрощайся с карьерой. Холостяков по пальцам одной руки пересчитать можно, да и тех только характер службы спасает от брачных уз. Но, к сожалению, только и добавляет заморочек. Не-е-т, от баб в нашем деле одни неприятности.
И тут же память услужливо подсунула ему ещё одну давнюю встречу: венгерку Катажину, которая так влюбилась в него, тогда ещё капитана госбезопасности, что, рискуя очень многим, передала ему кое-какие сверхсекретные документы. А он добросовестно изображал ответную всепоглощающую страсть, скрупулезно докладывая о её проявлениях куда следует. Правда, не особенно напрягался и себя не насиловал: хороша была девушка, жаль, в мужские игры заигралась. А как гуляли по сказочно красивым паркам на берегах Дуная, как целовались, как…
Что с ней теперь, с Катажиной? Сделала карьеру или так и засохла в своем сверхсекретном отделе? А может, вообще уволили из органов или — того хуже — упекли за решетку? Дело, между прочим, тянуло на вполне приличный срок, если не на «вышку». Он-то сам, правда, за эти бумаги, полученные от красавицы-мадьярки, очередную звезду досрочно получил, а потом — перевод в Москву. Вот тебе и одни неприятности от баб! У него-то как раз и с бабами, и с мужиками — сплошные удачи, тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.
Он, кстати, много раз задумывался над тем, почему ему так везет. Если бы был верующим, то подумал бы об ангеле-хранителе, который совершенно неформально, а что называется, от души, выполняет свои обязанности по отношению к своему подопечному. А может быть, этот ангел даже любил его, непутевого. Однако, полковник был некрещеным, убежденным атеистом и предпочитал думать о везении.
Он уже давно перестал считать случаи, когда ему приходилось балансировать на краю пропасти, где могли сгинуть жизнь, здоровье, карьера. Объездил практически весь мир, насмотрелся такого, чего в кино уж точно не увидишь, пережил не только естественную смерть, но и страшную, порой нелепую гибель тех, кто был совсем рядом с ним, с кем полчаса тому назад разговаривал, «травил анекдоты», пил…
Пожалуй, потрясение он испытал только в самом первом бою, когда обнаружил, что пуля, попавшая в живого человека, издает такой же звук, как и при попадании в землю. А потом — привык. Даже к тому, что после боя отдыхали, сидя на трупах, а не на земле, все-таки теплее. Любой интеллигент-гуманитарий в очках закатил бы глаза под очками и долго вопил бы о цинизме и бессердечии. Что они понимают в настоящей жизни, гуманисты чертовы?!
Память снова подсунула ему давний эпизод: находясь в одной из командировок в российской глубинке, на маленьком таежном аэродроме, он против своей воли включился в странную игру. Самолет задерживался, и пожилая женщина-кассир, как выяснилось, местный хиромант, стала по линиям руки предсказывать судьбу офицерам его группы. Молодые, здоровые, самоуверенные — элита государственной безопасности, они откровенно хохотали, беззастенчиво комментируя услышанное. Считали, что хорошие манеры здесь ни к чему, да к тому же они выдавали себя за охотников. В этом, кстати, была доля правды: действительно, офицеры обеспечивали безопасность одного из партийных лидеров, уж очень любившего ударить картечью по головам братьев наших меньших. Особенно тогда, когда сам себя чувствовал комфортно за спиной — в прямом и переносном смысле — охранников.
Сегодня стыдно вспоминать, но и он протянул ладонь кассирше. Уж очень медленно шло время! Протянул и наигранно шутливо спросил:
— Ну, а меня что ждет? Дальняя дорога, казенный дом, червовая дама? Вообще-то я блондинок люблю. А может быть, просто не стоит лететь этим рейсом, а дождаться следующего или вообще не искушать судьбу и добраться до ближайшей железнодорожной станции?