А экзальтированную молоденькую девчонку — вполне даже могут подпустить, тем более, задание ей нужно дать, как говорится, „втемную“. Она сама как-то брякнула, что французский язык обожает, а английский так, только терпит. Вот пусть для практики и удовольствия поищет того, кто может с ней покалякать на милом её сердцу языке. Очень складно, поделись с генералом, он тебе за сообразительность благодарность в приказе объявит, если не выгонит к чертовой матери за то, что не справился с заданием».
Полковник резким движением отодвинул от себя лист бумаги, покрытый замысловатым узором, и взглянул на часы. Довольно размышлять, пора действовать. Если он действительно хочет подключить рыжую девчонку к работе, то надо ковать железо, пока оно горячо. Потом, возможно, у него и времени-то не будет как следует с ней побеседовать, подготовить, направить. А ведь ещё нужно устроить так, чтобы она перешла работать в такую газету, откуда обязаны послать корреспондента на историческую встречу. Из её нынешней богоспасаемой многотиражки никого уж точно не пошлют.
Значит, нужно побеседовать не только с ней, но ещё и с коллегой, курирующим прессу. Помочь-то, конечно, помогут, куда денутся, но и для этих бесед необходимо время, время для вычисления «баскетболиста».
«Ладно, спать придется меньше, только и всего. Если вообще придется, конечно. Так опять же не в первый раз. Значит, сейчас выясню, где в данный момент находится моя будущая помощница, заберу её оттуда и… Ну, там посмотрим по ходу событий. Сегодняшний вечер — полностью её, порадуем чем-нибудь ребенка… Вот-вот, ребенка ты порадуешь, а самому тебе все это в высшей степени безразлично, так? Только работа? Да, черт побери, только работа! И все, и отставить, хватит самому с собой спорить. Террорист не станет ждать, пока ты разберешься в своих эмоциях».
Полковник снял трубку, набрал, почти не глядя, номер и вызвал машину.
Глава 5. Переходим к водным процедурам
Я вынырнула из воды и с трудом отдышалась. Веселая игра «кто кого утопит» чуть было не стала реальностью, данной мне в ощущении. Причем я бы не сказала, что — приятном. Еще секунда — и я бы утопла взаправду. Самым обидным при этом было то, что мой спутник, точнее, купальник, держался на воде (под водой) так легко и непринужденно, будто в одной из прежних жизней был дельфином. Или тюленем. У меня, между прочим, первый разряд по плаванию, а уж подтапливать народ я умею, как никто, но тут… Извините!
— Похоже, вы, наконец, решили-таки меня утопить, — заявила я, отдышавшись и ухватившись руками за что-то вроде бетонной плиты, торчащей из воды. — Долго же вы не решались убрать свидетеля!
— Свидетеля чего? Вашего позорно провалившегося налета на мою машину? — поддразнил он меня. — Но вообще в этом что-то есть. Надо подумать.
— Думать надо было раньше, — рассудительно отозвалась я. — Когда вы привезли меня сюда в первый раз и практически меня не знали. Тем более что тогда я была к этому морально готова и легла бы на дно, не булькнув. А теперь предупреждаю: буду бороться за свою молодую жизнь.
Мы купались в этом уединенном месте в третий раз, и мне, если честно, это нравилось. Не только купание, но и вообще все, происходящее со мной в последнее время. Владимир Николаевич резко выделялся из круга моих друзей и знакомых. Не только тем, что был старше меня лет на двадцать, хотя это, безусловно, придавало… Одна моя не в меру начитанная знакомая наверняка сказала бы, определяя ситуацию: «Типичный Фрейд», но я бы так категорически все-таки не рубила.
И вообще эта интеллигентская манерочка — надо не надо поминать старика Фрейда — меня изрядно раздражала. Да, мне действительно всю жизнь не хватало отца, да, мои ровесники всегда казались мне скучноватыми, да я теперь ловила себя на мыслях о Владимире Николаевиче куда чаще, чем мне хотелось бы, но… Но всему этому могло быть и другое, более простое объяснение, которого я пока не нашла. Если совсем честно, то и не искала.
— А я все это время думал, что с вами делать. Убивать как-то жалко, а использовать по назначению невозможно.
— Что значит «по назначению»? — оторопела я и внезапно покраснела. — Да ну вас в самом деле! Давайте вылезать, а то я замерзла.