Но госпожа Кареглаз не заметила волнений оленя. Бросив на сыщика взгляд, полный гнева, она снова набрала в легкие воздуха:
– Мои внучки не могут иметь отношения к пропаже детей. И Амадеус с Леопольдом тоже не виноваты! Вычеркни всех их из своего списка подозреваемых, господин сыщик!
Сани резко начали падать вниз. Фея замолчала, и тогда их транспортное средство, выполнив немыслимое сальто, замерло в воздухе.
– По-вашему, госпожа Лютенция, в этом деле вообще нет подозреваемых? – потерял терпение Феладиум. – Прекратите так вопить и не мешайте следствию, иначе я буду вынужден высадить вас из саней…
– Высадить меня? Ах ты, старый башмак…
Вне себя от возмущения, фея встала и запустила в сыщика первое, что нащупала рядом с собой на сиденье – узелок с оставшимися пирогами.
– Угомоните эту безумную женщину! – воскликнул Феладиум.
Это было последней каплей для напуганного оленя. Хвостик начал снижаться, выделывая в воздухе кренделя и зигзаги, а сани несло за ним, как на американских горках. В какой-то момент олень резко остановился. А госпожа Кареглаз, не успевшая отреагировать на это, все еще стояла на ногах…
– Госпожа Кареглаз! – в ужасе закричали Коля, Моросик, Лариса и Марианна.
– Лютенция! – завопили Карлош и Бирмингем.
– Все хорошо! – крикнула фея, упав на свое место на сидении. – Я села! Держите детей и Феладиума!
– Артур, нет! – воскликнула Лея.
– Что с Артуром? – заорал Карлош.
– Он выпрыгнул в море!
– А-А-А-А!!!
– Ой, мамочки, – успел спокойно произнести Бирмингем перед тем, как сани плюхнулись на волны.
Со всех сторон друзей окатило водой, и все стихло. Коля открыл глаза и посмотрел на остальных. Его спутники все еще сидели в тех позах, в которых они находились при падении: Карлош и Бирмингем, пригнувшись, держали выдумщиков и сыщика. Лея на заднем сиденье прижимала к себе мешок с подарками. Лютенция сидела с маленьким эльфом Августом в руках и с котом Филиппом на голове. Рождественский эльф Артур Трусишка лежал за бортом на воде в позе звезды, и лицо его выражало полную безысходность.
Тишину нарушил определитель волшебных мест, который завибрировал на руке у Бирмингема.
– О, под нами подводная кондитерская «Мармеладная черепаха», – спокойно произнес Бирмингем, провожая взглядом медленно плывущего мимо него Артура. – Может, забежим за едой?
***
Ох, до чего же в подводной кондитерской красиво! В ней стеклянные стены, через которые можно наблюдать за рыбами. Хрустальные люстры сделаны в виде скатов и осьминогов, а на прилавках притягивали взгляд разнообразные вкусности.
В «Мармеладную черепаху» друзья попали очень просто: каждый подплыл к тому месту, где располагалось кафе, и открыл зонт. В ту же секунду зонтик уносил в нужное место под водой. При этом человек (эльф, тролль, гном и так далее) оставался сухим.
Когда наши спутники появились в кафе, все присутствующие здесь волшебники тут же повернули головы в их стороны и замолчали. Удивление людей было понятным: внезапные посетители были все взлохмаченные, с кучей вещей и оленем.
– Я считаю, это наш лучший выход в свет, – пробормотал Карлош.
Хозяин кондитерской отложил полотенце, которым протирал вазочку в виде кораллов.
– Однако, вы выглядите так, будто с неба упали, – проговорил он.
– Но мы действительно упали с неба, – ответила Лея.
– Понятно. Пойду принесу вам пастилу в виде ракушек и горячий шоколад, – добродушно усмехнулся хозяин кондитерской. – И, пожалуй, успокоительное для рождественского эльфа.
Коля вытряхнул из тапок камни и кое-как успокоил неустанно мяукающего кота Филиппа, для которого знакомство с водой стало, по-видимому, сильнейшим эмоциональным потрясением. Оставив оленя у входа, друзья попросили хозяина отнести ему морковки и сели за столик, где за прозрачной стеной кафе на них из моря таращилась рыба-еж. Волшебники помогли Феладиуму не сесть вместо стула в горшок с фикусом и торжественно опустили маленького Августа в сахарницу – тот запищал от восторга.
– А не так уж мы и плохо выглядели, – бодро произнес Карлош. – Мне даже понравилась, Лея, твоя новая прическа. Как ты ее назовешь?
Лея с мрачным видом тряхнула головой, и ее волосы упали на плечи.
– Я назову ее «Уймись, Карлош», – сказала волшебница.
– Давайте не будем уделять столько внимания нашему внешнему виду, – произнес Бирмингем. – Предлагаю лучше уделить внимание пастиле.
Все, конечно, сочли очень разумным предложение Карлоша.
***
Отель, в котором разместился Леопольд Разумовский, находился на возвышенности совсем недалеко от моря. Это был совершенно обычный отель для совершенно обычных людей с совершенно обычным ужином, который как раз начался в ресторане с гигантским оконным проемом во всю стену. Постояльцы оживленно разговаривали и бодро накладывали еду на тарелки.