От громогласного гогота Муромца рассказчик всё же сбился. Некоторое время Прохор маялся - то сопел, то вздыхал, то вдруг брякал кружкой о стол - искал, как лучше снова зайти в разговор. Наконец, «старый граммофон», хрипя и заикаясь, вновь приноровился к любимой «заезженной пластинке»:
- Вот, по библейски человек, вроде как из глины. Так и эта самая штуковина - тоже! Есть что-то в ней особое... сказать только не умею... зря ты смеёшься...
- Знаю я, что из чего и как устроено! - сурово парировал Муромец.
- Да другое мы здесь должны понять! Та штуковина на холме - лишь средство. Она там, чтобы мы здесь поняли! Поняли, что говно - это говно!
- Да вроде все в курсе..., - развёл ручищами Муромец.
- Нет! Это тоньше, понять надо! Глубже! Окультуриться надо!
- Ишь ты! Прям культурологический оккультизм!
- Может и оккультизм! А что делать? Что умом не поймёшь - всегда нутром чуешь. Вот и сейчас... чую - ворочается что-то во мне, бурлит, наружу рвётся, да нельзя!
- То-то и оно, что нельзя! Ты там, держи покрепче! А я пошёл от греха, пока тебя тут не разорвало..., - Муромец встал из-за стола несколько торопливо и небрежно. От того стол подпрыгнул, как испуганная лошадь, и на Прохора полетели остатки его сухарей и пива.
«Вот и мне пора», - подумал вдруг Вася.
Монолит
Василий шёл с твёрдым намерением, на этот раз добраться-таки до заветных «грибков». Погода держалась, вроде бы вполне тому располагающая. Немного смущала только небольшая облачность далеко на юго-востоке. Идти было легко, тропа в направлении леса была нахожена, и Василий почти не смотрел под ноги. Но чем дальше он удалялся от Бара, тем больше случалось развилок и перекрёстков. Тропа всё чаще делилась на всё менее внятные и всё более ухабистые тропки. Бог знает, куда могла бы завести Васю любая из них, если бы он не сверялся с картой, скрупулёзно придерживаясь указанных в ней ориентиров. Когда впереди показалась кромка леса, тропа окончательно растворилась в полях. По мере приближения тёмной гряды Вася стал примечать вдалеке едва различимые силуэты «коллег и единомышленников». Отчего-то их было не так много, как ожидал Вася, хотя время было самое ходкое. Один из далёких силуэтов, слева от Васи был поближе прочих и вполне себе различим. Сутуловатый мужичок в коричневом комбинезоне бодро вышагивал в том же направлении, что и Вася. Вася шёл, строго придерживаясь выбранных ориентиров и вскоре заметил, что постепенно сближается с незнакомцем. Получалось, что Вася шёл ему наперерез. Уже на самом подходе к лесу их пути всё-таки пересеклись. Было солнечно, незнакомец с прищуром глянул на Васю:
- В лес идёшь?
- В лес..., - притормозил Вася.
- Ну значит, по дороге нам.
Некоторое время шли молча.
На самой кромке леса, уже входя под сень деревьев, незнакомец глянул через правое плечо куда-то совсем далеко:
- Хорошо бы в Бункер по дороге зайти...
Васе вдруг тоже захотелось в Бункер - попить чайку, увидеть симпатичное лицо Светланы, услышать какой-нибудь добрый совет, отпустить пару безобидных шуток по поводу случившегося на Свалке.
- Можно и зайти... Просто так или зачем-то идём?
- Погоду местную никогда не грех уточнить. Идём мы своей дорогой, солнышко нам светит, а позади за нами тучка маленькая ползёт. Может это и ничего, может это и не та вовсе тучка..., а в Бункере нам поточнее скажут, тем более что всё равно по дороге.
Вася мельком глянул на попутчика - седина и сухое обветренное лицо показывали возраст, о котором нельзя было предположить издалека, пока тот бодро вышагивал через поля совсем не старческой походкой. Чтобы чем-то занять себя по дороге Вася пытался вычислить возраст попутчика по его речи, движениям и одежде. Все варианты были таковы, что Вася решил обращаться к попутчику на вы:
- Вы, вероятно, давно здесь...
- Тут «на вы» не принято, независимо от возраста. В Зоне свой счёт идёт. Здесь не года, а дни считают. Тут все равны. Жизнь здесь нелегка и зачастую недолга. Поэтому молодёжь здесь взрослеет быстро - иной раз за час можно до глубокой старости состариться... а то и до смерти.
- С этим ясно... А вот, как по твоему, есть в этом всём какая-нибудь правда - про холм, про этот... «монолит»?
- Есть. Только шибко много её - всю так сразу не скажешь. И очень она... разная.
- Ну, хоть что к примеру?
- Иные верят, что желание там исполняется, ну якобы «одно, заветное»... А к примеру, вот тебе одна история про одного бедолагу.