- Пора.
Пантелей только и успел спросить исчезающего в проёме двери доцента:
- Что с погодой? А то мы в лес собрались...
- В лес не советую. Погода будет, в самый раз для рыбалки.
Пантелей молча развёл руками и переглянулся с Васей. Вася пожал плечами и кивнул:
- Рыбалка, так рыбалка.
Муромец выпил четвёртую, посмотрел на Васю с Пантелеем и предупредил:
- Я вас, может, в дороге нагоню.
- Только мы споро пойдём, а то там наверное темно уж совсем, - в свою очередь предупредил Муромца Пантелей.
***
Выбравшись наружу, Вася услышал какой-то гул и треск со стороны леса. Похоже, там был ливень. Ветер раскачивал деревья, трещали разряды, всё искрилось и блистало. Здесь же, рядом с Бункером едва моросило. Несколько секунд они с Пантелеем наблюдали за «безобразием» в лесу. В других направлениях вообще ничего не было видно, стояла непроглядная темень. Лишь вспышки молний на мгновенье делали мир видимым. Вася даже засомневался..., но вдруг услышал за спиной резкое, неприятное жужжание, а обернувшись, увидел, как в руке Пантелея всё ярче разгорается свет. Лица Пантелея видно не было, но по голосу чувствовалось, что он улыбается:
- Ну что, не убоимся тьмы?
Вася вспомнил, как ещё ребёнком бывал у деда в деревне и там не раз баловался со старым механическим фонариком типа «жук». Компактная динамо-машинка придавала фонарику ощутимый вес и с трудом разгонялась детской рукой, и всё же это была любимая Васина игрушка.
Пантелей быстро нашёл какую-то знакомую тропку и шёл уверенно, «жужжа» только на ухабах и поворотах. Вася жадно ловил взглядом то немногое, что «показывал жук» и всё более погружался в детские воспоминания.
***
Они остановились на берегу небольшой заводи. Пока шли, взошла луна. Теперь вода отражала её свет и можно было как следует осмотреться. На том берегу заводи расположилась заболоченная рощица. Вместо птиц здесь пели лягушки, а хирые деревца чувственно, надрывно поскрипывали и простирали над заводью измождённые ветви, будто тщились бежать из гиблого места. Эта особая, диковатая, чудная и опасная красота вдруг остро напомнила Васе о Петре:
- Для кого всё это? Для нас? А почему не для Пети? Как так выходит? Нет справедливости, ни на Большой земле, ни здесь. Ему-то как раз бы и жить! Своей жизни не так жалко, как его. Если такие мрут, к чему она нам вообще такая скотская жизнь!?
- Ну, ты... даром жизни-то не пренебрегай.
- Не помню, чтобы я такой жизни просил! Тут поневоле брезговать ею начнёшь...
- Ты хандру эту не разводи. Мне самому тошно. И поводов у меня для этого поболе твоего... Пётр тебе долго жить приказал, а я тебе посоветую жить счастливо. Оно, знаешь, одно другому не мешает, помогает даже. Петька совсем молодой был, конечно жалко его, но и таким как ты тоже жить надо. Ты ещё и сам счастлив будешь, и другим поможешь.
- Жить? Как подумаешь...
- А ты шибко много в одну голову не думай. Что-то тебе расскажут, что-то и сам расскажешь... Вместе оно и веселей, и вернее будет. На этом пути нельзя одному.
- Ну, стало быть... можно жить?
- Можно и нужно.
- Кажись, даже уже хочется, - вздохнул Вася, - хотя бы из одного любопытства: куда дорожка наша вильнёт, да что ты мне завтречко нового про это всё наплетёшь.
- Интересного много можно рассказать..., главное здесь - свою тропку найти. Тогда по любви будешь жить, а не по скупому расчёту.
- А можно тут у вас как-нибудь так рассчитать, чтобы не сгинуть? ...особенно не хотелось бы за зря...
- Ничего... можно тут... Надо только терпение и упрямство проявить. Будем трудиться, будем умирать, будем рождаться...
- Да уж... В целом-то мне всё тут уже ясно... оскомина у меня скоро будет от этой ясности. Вот только разобраться бы ещё с одним вопросом...
Тут Вася примолк, боясь ляпнуть лишнего. Ему хотелось быть со стариком откровенным, но пока он сомневался - не рано ли? Пантелей коротко глянул на Васю:
- Что, уже успел здесь кому-то что-то задолжать?
- Да была у меня давеча одна мутная беседа...
- Ты в разговорах будь поаккуратней. Не со всеми тут можно запросто и без последствий. - Пантелей опустил на землю старый армейский вещмешок. - Ладно, надо навес натянуть, удило поставить...
- Удило?
- Да здесь срежем! - Пантелей ткнул пальцем в заросли орешника. - Леска у меня есть, наживку накопаем.