Макс подошёл к столу и занял свободное место.
- Так-то лучше. Господа, ваш товарищ Антон не смог завершить прошлый «раунд» и теперь ему нужно откупиться. Верно, Анатас?
- Есть такое.
- Но есть беда - Антон у нас гол, как сокол. Кто из присутствующих может за него расплатиться?
- Интересный перстенёк, - Анатас указал на мизинец Макса, - Фамильный?
- Да. Сойдет в качестве оплаты?
- Вполне.
Макс попытался снять перстень, но тот намертво застрял.
- Придётся резать, - улыбнулся Анатас.
- Э, Макс, не дури. Мих, скажи ему! – Антон посмотрел на друга, - Ты что молчишь?!
- Антох, ты ещё не понял? Нам так и так хана.
- Михаил, вот вы пессимист! Мы абсолютно честно заявляем, что победитель отправится домой, - Гаврила повернулся в сторону бара, - Ванька!
- Да, дядь Гарил? – с «задней» кухни вышел мальчонка лет пяти-шести.
- Принеси с кухни нож, тот, что поострее.
- Агась, - мальчишка скрылся на кухне и через минуту вынес «заказ».
- Помощника растишь? – Анатас кивнул в сторону мальчишки.
- Ага, прибился, всё никак не спроважу, - бармен взглянул на Михаила, тот был бледен, - Михаил, вы крови боитесь? Так мы ж ещё не начали.
- Так, малец, - Анатас обратился к Ваньке, - Это не для детских глаз, так что дуй отсюда.
VII
Самым сложным оказалось перерубить собственную фалангу. Крови почти не было. Макс предположил, что это из-за болевого шока и что стоит ему успокоиться, так он сразу же истечёт кровью.
- Мама родная! Максим, моё почтение. Удивили, так удивили. Держите, - Анатас протянул Максу свой шейный платок, - Зажмите рану. Жаль, что вы теперь не сможете участвовать в дуэли. Я бы на это посмотрел.
- Верно, Анатас, жертва обнуляет грех, - Гаврила щелкнул пальцами, и бокал Анатаса наполнился вновь.
- Благодарю.
- Уроды, - процедил сквозь зубы Михаил.
- Ой, перестаньте, - Гаврила улыбнулся, - Ванька! Неси пистоль!
Через пару минут Ванька принес золочёный поднос, на котором лежал однозарядный дуэльный пистолет.
- Михаил, вы так напрягаетесь при виде моего юного помощника! - Гаврила зарядил пистолет, - Смею предположить, что вы знакомы, да?
Михаил молчал.
- Ой, вы такой молчун! - бармен положил заряженный пистолет обратно на поднос, - Вань, а скажи нам пожалуйста, что говорит собачка?
- Гав!
- Верно. А что говорит сбитая собачка?
- Я не знаю, - Ванька опустил глаза в пол.
- А ты, Вань, и не должен знать, - Гаврила посмотрел Михаила, - Это нам дядя Миша пускай скажет.
- Я растерялся тогда…
- Растерялся? Миш, ты кого обмануть пытаешься? Женой и ребёнком не надо прикрываться. Признайся, ты обосрался? Ты ж тогда не о жене с ребёнком думал. Трусливая ты скотина! А ты думал о том, что его можно было спасти?! Ах, да-а. Ты же бухой за руль сел, какой там думать!
- Сука! Я ж тебе лично бампер менял!
- Антон Валерьевич! Помолчите!
- Его там не должно было быть! Что ты возле трассы забыл?!
- Михаил! Не кричите на ребёнка. Он не виноват в том, что его родители за ним особо не следили. Он просто гулял. Вы лучше скажите, что же вы сделали после ДТП.
- Я толком не соображал, вышел из машины, а там он. Рядом никого нет. Я положил его в багажник.
- Та-ак, и куда вы потом поехали?
- В лес, там недалеко обрыв есть, у ручья. Туда его скинул.
- Хорошо придумал! Пацан шёл, не заметил обрыв, упал, да и умер. Здорово, да?!
- Потрясающе, - восторженно воскликнул Анатас, - И полиция в это поверила?
- Ой, это вообще отдельная история, - устало махнул Гаврила.
- Мих, что он несёт?! - Макс подскочил со своего места.
- Тщ-щ, - Гаврила поднёс палец к губам, - Сядьте на своё место и не мешайте откровению.
- Господа, давайте уже стреляться!
- Анатас, дружище, не порть момент.
- Всё, молчу, - Анатас развёл руками.