— Ты после репетиции?
— Да, — отвечает он. — Теперь хочется никого не видеть и не слышать до завтра.
— Лежу и думаю о том же.
— Слушай, так пошли?
— Куда?
— Есть один вариант.
— Выйти из башни?
— Ну, этого не обещаю, но может быть даже лучше. Надень что-нибудь потеплее.
— Правда? А нам за это ничего не будет?
— Ну, уже нет никаких мероприятий на сегодня. Тебе не надо на студию же?
— Нет.
— Ну и вот.
Я соглашаюсь даже не потому, что у меня есть острая необходимость отсюда уйти или, тем более, побыть наедине с Олегом. Меня пленит возможность понять, что такое необычное разрешено участникам команды «Блэкстар». Я накидываю толстовку и подхожу к выходу, как мы договариваемся с Олегом.
Мы поднимаемся на лифте наверх, и я с удивлением смотрю на парня.
— Чего? — Улыбается он.
— Не понимаю, куда ты меня везёшь.
— Ты мне не доверяешь?
— Пока не знаю, смотря куда мы.
— На двадцать четыре этажа выше.
— А там?
— Смотри, — говорит он, и двери лифта открываются.
Перед нами большая смотровая площадка. Мы выходим из кабины, и я понимаю, что вокруг ни души. Здесь нет никого — только мы и огни этого огромного города за стеклом.
— Вау! Это же просто… волшебно.
Я подхожу вплотную к стеклу, чтобы оказаться ещё ближе к светящимся точкам. Из-за того, что стекло расположено вкруговую, мне кажется, что кроме меня и этого города здесь вообще никого нет. Невероятное чувство полёта и расслабления.
— Это пятьдесят восьмой этаж, получается? — спрашиваю я, разворачиваясь к Олегу. Он с довольным лицом смотрит на меня. — Невероятно.
— Да, правильно.
Я прохожу дальше по кругу и вижу несколько круглых качелей, похожих на гамаки. Улыбаюсь Олегу и сажусь в одну из них.
— Ты уже тут был?
— Один раз. Нам разрешили иногда приходить сюда, чтобы черпать вдохновение.
— Надеюсь, тебе не влетит за меня?
— Всё нормально, это не страшно, — отвечает он и залезает на соседнее место.
Откидываюсь на спину и вглядываюсь в ночную Москву. Не думала, что смогу расслабиться настолько, чтобы забыть обо всех проблемах. Вид невероятный, поражающий.
— У меня нет слов, Олег.
— Если нет — и не надо, — почти шёпотом говорит он и тоже откидывается на своём гамаке.
Но я не могу молчать в его компании — мне кажется, что тогда он чувствует себя неловко, поэтому стараюсь придумать тему для разговора. Но он помогает мне сам.
— Как твой живот?
— Всё хорошо. Боялась первое время дышать. Думала, что никогда не отвыкну от этого чувства, но теперь стало полегче.
— Я рад, что тебе лучше. Было бы ещё лучше, если бы я сразу тебя отвёл к Серёже хотя бы. Он точно не дал бы тебе выступать.
— Не думай об этом, правда. Хотя да, будь его воля, он бы заставил меня лежать на кровати до конца проекта.
— У тебя когда-нибудь появлялось чувство страха, что ты можешь уйти? С проекта.
— Я пока не успела подумать об этом, но скорее это было в самом начале, когда я не понимала, что меня ждёт.
— А я боялся одно время, что не успею ничего. Не успею написать песню, не успею показать себя. Ладно, не знаю, зачем я это говорю тебе.
— Потому что это важно для тебя.
— Ты невероятно рассудительна для своего возраста.
Мы уходим оттуда только минут через сорок, потому что оба чувствуем на себе груз ответственности. Пока мы здесь — мы лишь добиваемся свободы, а не владеем ею.
Мы спускаемся на свой этаж на лифте и просто улыбаемся друг другу. Чувствую себя вдохновлённой и наполненной силами. Последний раз такое было только неделю назад. И, кажется, это была не неделя, а целая вечность.
Мы заходим в квартиру, Олег идёт в душ, а я захожу на кухню, чтобы взять бутылку воды. В первое же мгновение вижу, что Макс с Женей сидят за столом и о чём-то болтают. Закатываю глаза. Они замечают меня и оба затихают. Замечаю их испуганные глаза и невольно улыбаюсь. Беру бутылку воды и ухожу в спальню.
Не знаю, почему я так спокойно реагирую на них, но может быть всё идёт так, как надо?
11 мая, пятница, репетиция концерта
Сидим рядом с Максимом на диване в гримёрной. Я пью покупной кофе из картонного стаканчика, а он, закрывшись капюшоном, полулежит с закрытыми глазами. Сегодняшнее утро на редкость приятное: и кофе вкусный, и Максим не так раздражает. Но у нас не получается полностью раскрепоститься на сцене. И это неудивительно. Я вспоминаю взгляд Фадеева и понимаю, что нам пора поговорить с Максом. У нас есть минут двадцать до того, как мы все поедем обратно в башню, а в гримёрной никого нет. Кажется, лучше момента и не найти. А после концерта может быть слишком поздно. Мысль о его возможном уходе не покидает меня теперь почти никогда.
— Макс, — тихо зову я, разворачиваясь к нему.
Он еле заметно вздрагивает, и мне становится жутко от того, что он стал бояться меня или разговора со мной. Я не хочу этого. Открывает глаза и смотрит сквозь свой капюшон.
— Хочешь поговорить? — спрашивает он.
— Да, только я не хочу разбираться в том, что было.
— О чём тогда?
— О том, что будет. Я хочу попросить тебя забыть тебя про всё, что было. Потому что ты сам понимаешь, что у нас ничего не вышло. И это нам обоим мешает. Жить, работать, общаться с другими…
— С Олегом?
— Например, с ним. Зато тебе можно не бояться болтать с Женей.
— Серьёзно?
— Почему нет?
— Потому что… Да какая разница? Ты хочешь перестать общаться? Совсем?
— Нет. Я не хочу тебя терять. Но как друга. Хоть в любовных отношениях ты повёл себя как полная мразь, может у нас получится просто дружить. Как и раньше.
— Ты уверена?
— Я была уверена, когда шла с тобой пить коньяк, когда ты обещал мне всегда быть рядом и целовал меня. Но сейчас — нет, я не уверена ни в чём. Но мне кажется, что это правильно.
— Крис, ты не хочешь послушать, почему я так поступил? Хоть это меня и не оправдывает, но всё-таки.
— Нет, Максим, я не хочу. Я не хочу возвращаться туда, где мне было некомфортно. Мне максимально хорошо в таком состоянии. Я думаю, мы оба просто в один момент выбрали друг друга, не подумав. Просто так сошлись звёзды.
— Ты веришь в свои слова?
— Да.
— А если я не смогу с тобой общаться просто так?
— Я постараюсь тебя убедить.
— Мне кажется, тебе нужно убедить в этом себя.
Теперь обиделся он. Забавный человек.
— Макс, тебе будет лучше, если я пообещаю тебе поговорить о том, что было, когда мы уйдём с проекта? А пока постараемся не напрягать друг друга этим.
— Огонь!
— Макс, не упрямься. Тебе как будто пять лет, а не двадцать шесть. Ты хочешь общаться со мной нормально?
— Конечно, хочу!
— Значит, договорились? Никаких обид до того, пока нас с тобой не выкинут отсюда. Нам нужно номер хорошо сделать, ты же понимаешь. Я не буду злиться, и ты не злись.
Допиваю свой кофе и отставляю стакан. Он смотрит на меня, а я встаю, беру его за руку и стаскиваю с дивана.
— Пора идти. Я не хочу, чтобы мы опоздали. Мы же должны соблюдать правила?
Улыбаюсь ему, и мы выходим из гримёрной. Мне нужно, чтобы мы появились в доме вместе, и чтобы это попало в эфир. Начало положено. Ты даже не представляешь, Максим, насколько наше общение может спасти тебя сейчас.
12 мая, суббота, концерт
Слышу, как объявляют наш номер, и зрители начинают аплодировать. Мы с Максимом переглядываемся и идём на сцену. Я беру его за руку и говорю:
— Всё получится?
— Конечно, — отвечает он, и мне приходится отпустить его руку, потому что мы останавливаемся на месте, откуда должны начинать наш номер. Встаю перед Максимом, прижимаясь спиной к его груди. Смотрю на Фадеева, и он, кажется, выглядит довольным. А это ещё не всё, на что я способна. Свет. Камера. Мотор.
«Ты заблудилась,