Но на улице элитного поселка ни души, хотя дело идет к полудню. Дом встречает тишиной. Не дожидаясь, когда ворота поднимутся, ныряю к своей «девочке». Счастливо выдыхаю, разглядывая ровные серебристые бока. «Астоном» порядок. Обошел дважды. Все цело, лишь на пыльном стекле нарисовано разбитое надвое сердце.
Художница, блин!
Кухня встретила непривычной пустой и больничной стерильностью. Странно смотрелась без ее фигурки, вечно крутящейся у плиты. Передернул плечами, проходя в гостиную. Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, она ничего не трогала. Заглядывал во все комнаты, и там все так же как было, когда я уходи прошлым утром. Только в ванной исчезли с полки ее баночки. Шкаф в спальне радовал пустыми полками. Мои вещи весели нетронутыми. Огляделся, ничего не изменилось. Заметил неровный клочок бумажки, пришпиленный к тканевому абажуру. Рядом с лампой лежала связка ключей от дома. Ее связка с дурацким брелоком, подаренным мной, когда мы только начали встречаться. Схватил записку, не читая смял. Ничего хорошего для себя не прочитаю. Кто я и как называется то, чем занимался с Лерой, знаю без нее. Могла бы еще вчера все сказать. Или за ночь придумала что-то изощреннее. Чего она вообще вчера приперлась? Начала подозревать? Это вряд ли… Может серьезное что?
Нехотя разгладил мятый клочок и пробежал глазами. Потом еще раз вчитываясь.
«Вчера звонил отец. Не мог дозвониться. Мне пришлось поехать к тебе в офис. Марина Борисовна в больнице. Подозрение на инфаркт. Я ухожу. Прощай».
Смял бумажку в кулаке. Громко выругался и бегом рванул из дома, на ходу набирая отца. Обратил внимание на последние слова. Но не время звонить, разбираться. Надо узнать, как мать. Да и лучше так. Ушла и ушла. Давно пора.
Отец не отвечал. Звонок проходил, но он не слышал. Пришлось перенабрать несколько раз. Только потом понял, что он может спать, умаявшись и перенервничав за ночь. Пусть отдыхает. Мне срочно нужен номер больницы. Наверняка Ольга знает. Но вот звонить ей… Набрал сообщение. Ответ пришел, когда выезжал из ворот: «Центр Бакулева».
И на том спасибо. Ольге никогда не нравилась мама. Это не было взаимным. Мама, мечтавшая о дочери, сердечно любила обеих невесток. Сразу приняла Ольгу, хотя до того не раз намекала на девушек из семей влиятельных людей. Брат женился до того, как в семье появились деньги. Наташка шутит, что теперь она ему не подходит по статусу. Отец у нее простой предприниматель, выживающий на кровно заработанные. Да кто ее отпустит? Она уже часть семьи Велесовых. Всем пришлась по сердцу, кроме Ольги. И это странно. Из одной среды девчонки, ровесницы, почему не общаться? Вначале вроде так и было. А потом Оля включил свой режим «заморозки» как и со всеми: слушает Наташку, кивает, односложно отвечает…. Вспомни, млин, и появиться.
Я стоял на выезде, пропуская летящие по автостраде автомобили, когда зазвонил телефон. Меня «домогалась» Наталья.
- Да, Наташ…
- Ты уже знаешь про маму? Все в порядке. Диагноз не подтвердился. Но они подержат ее немного. Котька там с вечера, просил тебя найти, когда нарисуешься. А ты…
- А я был вне зоны доступа. Уже еду,- оборвал ее, подрезая нахала на спортивной «БМВ».
- И я бы проехала. Да боюсь рожу в палате,- с нервным смешком пошутила золовка.- Ты Котьку отпусти домой поесть.
Котька – это Николай, мой старший брат и муж Натальи. Котькой его называла дочь. Да так и приклеилось. К двухметровому мужику сорока лет, который на днях второй раз станет отцом. Он на четыре года меня старше, но как-то все успел. И бизнес пусть небольшой, но свой. Семья, где его холят и любят две суперские девчонки. А скоро появится третья. Даже брюшко солидное наел. Мои кулаки тонут в этой «подушке безопасности», когда бодаемся в шутку.
- Думала Олю попросить…- продолжала зачем-то оправдываться Наташка.
- Не надо просить Олю. Это мои родители. Я за них отвечаю. Если что, звони только мне,- резче чем хотелось оборвал ее.
В трубке на секунду повисло молчание. Наташа обдумывала сказанное. И что-то мне подсказывало, что ничем хорошим это молчание не закончится.
- Артур, у вас все хорошо? Ты взвинчен до предела. Рычишь. Переживаешь о матери, но…
Как, мля, в воду глядел. Начни мне еще мозги полоскать. Ты мне не жена. Да мне и жена их не полощет. Нет, разговор сворачиваем. Иди Котьку строй.