Одна ловушка за другой.
Внезапно я бросилась бежать. Я бежала, грохоча башмаками по каменным плитам мимо озадаченных слуг и заглянувших в окна утренних лучей солнца. Заворачивая за угол к покоям наследного принца, я тяжело дышала от бега. Дверь была закрыта, но часовых не было. Из-под дверей струился легкий серый дымок. Дверная ручка под моей рукой, когда я рванула ее на себя, оказалась горячей.
Занавески над кроватью были объяты пламенем, ковер тлел. Мертвые часовые лежали бесформенными кучами на полу. Алёшу молча обступили с десяток человек. Она была сильно обожжена: часть доспехов оплавилось прямо на ее коже, но она каким-то образом умудрялась продолжать сражаться. За ее спиной лежало мертвое тело принцессы, загораживая собой двери гардероба. Рядом с трупом стояла Кася. Ее одежда в дюжине мест была рассечена, но на коже не было ни царапины. Она сжимала в руке сломанный меч и отчаянно отмахивалась им от двух солдат, пытающихся пройти мимо нее.
Алёша сдерживала остальных нападавших двумя длинными кинжалами, которые дико свистели в воздухе, оставляя за собой потрескивающее пламя. Она уже изрубила нападавших в куски, их кровь густо заливала пол, но они отказывались падать. На нападавших была росиянская форма, но их глаза светились зеленым светом и были пустыми. В комнате пахло свежесрезанными ветками ивы.
Я хотела закричать, заплакать. Хотела протянуть руку через весь мир и стереть все это. «Hulvad», — произнесла я, выталкивая, выталкивая руками силу: — «Hulvad», — повторила я, вспоминая, как Алёша вытягивала то тонкое облачко скверны из ученика Балло. И из солдат, из каждой раны, начали вытекать струйки черного дыма. Дым уходил сквозь распахнутое окно к солнцу. Они постепенно превращались в обычных людей, слишком израненных, чтобы продолжать жить. Один за другим они пали замертво.
Когда нападавшие упокоились, Алёша обернулась и метнула свои кинжалы в солдат, пытавшихся убить Касю. Лезвия глубоко вонзились в их спины и из ран снова появился черный дым, обвиваясь вокруг клинка. Сперва один, потом второй тоже упали на пол.
Когда они умерли, в комнате внезапно стало странно тихо. Петли гардероба скрипнули. Я вздрогнула. Дверь приоткрылась, и Кася обернулась. Изнутри, сжимая в ручке маленький меч, пытался выглянуть Сташек с испуганным лицом.
— Не смотрите, — сказала Кася, вынув из гардероба длинный плащ из ярко-красного бархата. Она накрыла им головы детей и обняла руками. — Не смотрите, — повторила она, прижимая их к себе.
— Мама, — позвала девочка.
— Тихо, — сказал ей брат дрожащим голосом. Я прикрыла рот обеими руками и разрыдалась.
Алёша с трудом втянула в себя воздух. На ее губах вздулись кровавые пузыри. Она прислонилась к кровати. Я шагнула и потянулась к ней, но она отмахнулась. Она сделала манящий взмах рукой, произнеся: «Hatol», — и из воздуха появился ее волшебный меч. Она вложила его рукоять в мою руку.
— Что бы не таилось в Чаще, — хриплым шепотом произнесла она, словно ее голос сожрало пламя: — найди это и убей. Пока еще не поздно.
Я взяла оружие, неловко держа его в руках. Едва отпустив рукоять меча, Алёша сползла на пол. Я присела рядом.
— Нужно позвать Иву, — предложила я.
Она едва заметно отрицательно качнула головой:
— Ступай. Уведи детей, — сказала она. — В замке небезопасно. Ступай. — Она откинула голову на кровать, закрыв глаза. Ее грудь вздымалась и опадала в быстрых вздохах.
Вся сотрясаясь, я выпрямилась. Я знала, что она права. Я это чувствовала. Король, наследник, а теперь и принцесса. Чаща намеревалась перебить их всех до одного. Всех добрых Алёшиных королей, а заодно перебить всех волшебников Польни. Я оглядела мертвых солдат в росиянской форме. Марек снова может во всем обвинить Росию. Он наденет корону и двинется на восток, и как только он истратит нашу армию, истребив столько росиянцев, сколько сумеет, Чаща поглотит и его, оставив страну без наследника и разодранной на части.
Я снова очутилась под кронами деревьев в Чаще, и ощутила чье-то следящее холодное ненавистное присутствие. Момент тишины в комнате был лишь передышкой. Каменные стены и солнце над головой ничего не значили. Взгляд Чащи был сфокусирован на нас. Чаща была рядом.