Это были темно-красные кисленькие вишни из садов за Вёсной с полпути к другому концу долины, законсервированные в сахаре со спиртом. Я забросила в рот две полные ложки и с удовольствием ее облизала. От них пахло домом, и в них таилась неспешная волшебная сила долины. Волшебник взял на ложечку только три штучки, аккуратно и взвешенно, и пристроил ложку на краю банки, словно и сейчас он осторожничал, как бы не хватить лишку. Я отвернулась и, обхватив посудину обеими руками, с благодарностью выпила чай до дна. Ночь была теплой, но я чувствовала, что продрогла до костей.
— Приляг и поспи, — предложил Саркан. — Скорее всего он предпримет последний штурм перед рассветом. — Наконец пушка снова выстрелила, но без особого ущерба. Думаю, все, кто в самом деле умел с ней управляться оказались под действием окаменения. Несколько выстрелов оказались с недолетом, попав в гущу солдат Марека, или с перелетом — вовсе не попав ни в стену, ни в Башню. Стены выдержали. Люди барона прикрыли второй ров сверху одеялами и палатками, растянув их на пиках и древках копий, и прятались под ними от стрел.
Даже попив чая я чувствовала слабость, усталость и притупленность, словно я нож, которым пытались срубить дерево. Я свернулась на ковре, заменившим мне перину, и он сразу показался мне очень удобным для сна. Но сон не шел. Серебристые лучи через длинные, рваные интервалы освещали верхнюю половину окна. Отводившее их прочь бормотание Саркана доносилось словно откуда-то издалека. Он оставался в тени, но его профиль четко был виден на фоне стены. Пол под моими ухом и щекой чуть подрагивал от вибраций сражения словно в такт шагам приближающегося великана.
Я закрыла глаза и попыталась не думать ни о чем кроме своего дыхания. Возможно я даже уснула на какое-то мгновение. В следующий миг я сидела, насильно выдернутая из дремы. Саркан выглядывал сквозь разбитое окно. Перестрелка была прекращена. Я сделала над собой усилие и присоединилась к волшебнику.
Вокруг шатра принца словно пчелы роились рыцари и слуги. Из входа появилась королева. На ней поверх простого белого платья была надета кольчуга, а в руке она несла меч. Марек натянул возле нее поводья, наклонился и что-то произнёс. Она подняла к нему голову — её лицо было отчетливо видно, оно было непоколебимо как сталь.
— Они отдадут детей Чаще, как поступил со мной Василий! — громко выкрикнула она, так что ее было хорошо слышно. — Но сперва пусть изрубят на куски меня!
Марек замешкался, но потом спешился и потребовал себе щит. Принц вытащил меч. Следом за ним спешились и остальные рыцари, Соля снова оказался рядом. Я беспомощно посмотрела на Саркана. Я почти чувствовала, что Марек заслуживает смерть, раз привел стольких людей на гибель, но если это то, во что он действительно верит, если он считает, что мы собираемся сделать с детьми что-то дурное…
— Как он может в подобное верить?
— А как он убедил себя в том, что все остальное всего лишь случайное совпадение? — ответил Саркан вопросом, уже находясь у полок с книгами. — Это ложь, которая отвечает его чаяниям. — Он двумя руками снял с полки один из томов — крупную книгу почти три фута в длину. Я потянулась на помощь, но непроизвольно отдернула руки: книга была обтянута какой-то почерневшей кожей, до которой было страшно дотрагиваться. Она казалась липкой в том смысле, что ее прикосновение невозможно было бы смыть с пальцев.
— Да, я знаю, — произнес он, водружая книгу на свое кресло для чтения. — Это текст некромантии. Он отвратителен. Но лучше я второй раз воспользуюсь уже умершими, чем пожертвую еще больше жизней живых.
Текст был написал удлиненными старомодными буквами. Я пыталась помогать в его прочтении, но не могла с собой справиться, и отпрянула уже после первых слов. Источником этого заклинания была сама смерть. Смерть от начала до конца. Я не могла себя даже заставить взглянуть на него. Увидев моё состояние Саркан раздраженно нахмурился:
— Это брезгливость в тебе говорит? — цыкнул он на меня. — Нет, не похоже. Что за чёрт? Не важно. Ступай и постарайся их задержать.
Я отпрыгнула, стараясь убраться как можно дальше от этой книги, и метнулась к окну. Подняв с пола куски отбитого камня и каменную крошку, я снова попыталась воспроизвести заклинание дождя как до того над кувшином. На солдат Марека посыпалась пыль и битый камень. Им пришлось искать укрытие, укрывать голову руками, но королеву это нисколько не задержало. Она прошагала сквозь брешь в стене прямо по трупам, испачкав подол платья в крови.