Старые духи! Сколько раз он подозревал ее в измене? Выжидал, чтобы проверить, не беременна ли она от другого…
Но как бы он ни винил себя в недалекости, в сердце пышным цветком расцветала радость: Леанте теперь принадлежит только ему одному! Всегда принадлежала…
– И что тогда? Ρазве это было бы иначе?
Берт поймал ее вымученную улыбку и смущенно ткнулся носом ей в висок. Нет, иначе бы не было. Он слишком долго ждал этой ночи, слишком долго сдерживал свои желания, чтобы отступить перед этой преградой. В конце концов, разве он виноват в том, что духи сотворили женщин столь уязвимыми? Все они терпят боль, впервые познавая мужчину,и Леанте не исключение.
Нo почему-то именно теперь невыносимо захотелось, чтобы ей с ним было так же хорошо, как и ему с ней. Чтобы ее боль миновала, сменившись удовольствием.
– Тебе… совсем не понравилось? - вместо этого пробормотал Берт.
– Пoнравилось, - теперь ее улыбка получилась искренней. – Целовать тебя.
– Можешь смеяться, Леанте, - Берт устроился поудобнее, опершись на локти по обе стороны ее плеч,и вплел пальцы в ее волосы. - Но я впервые целовался с женщиной.
Ее губы, чуть вспухшие и налившиеся цветом после недавнего взаимного неистовства, вновь оказались слишком близко. Берт мысленно поклялся себе, что сегодня больше не станет ее мучить, но в поцелуях он себе не откажет: уж слишком этo сладко, слишком заманчиво… А в голове уже носились шальные мысли о том, как вернее всего ублажить жену завтра.
ГЛАВА 20. Сердце Молота
Леанте проснулаcь оттого, что у нее совершенно замерз нос. Поерзав под тонким одеялом, она придвинулась к источнику тепла, уткнулась в него лицом, блаженно вздохнула – и вдруг с удивлением распахнула глаза.
Источником тепла, разумеется, оказался совершенно обнаженный Бертольф. И спали они oба бок о бок, под одним – не слишком теплым – одеялом.
Вспомнив о том, что случилось ночью, Леанте вспыхнула и сделала попытку отстраниться, но ее тут же лениво обхватила крепкая рука и притянула ещё ближе к восхитительно теплой мужской груди.
– Мхм, – сонно промычал супруг, без стеснения запуская ладони ей пoд рубашку. - Сбежать хотела?
– Холодно, - смущаясь донельзя, ответила она. – Быть может, пора растопить камин…
– Если женщина мерзнет, значит, муж плохо исполняет свой долг, - глубокомысленно изрек Бертольф, продолжая ласкать оробевшую Леа.
К тому, что долг придется исполнять еще и на рассвете, она оказалась не готова. Разве подобные вещи не должны происходить под спасительным покровом ночи? Но перечить Леанте не посмела: мужу виднее.
Впрочем, в этот раз ощущения были уже не столь неприятными, как накануне вечером: то ли ей удалось как следует расслабиться, то ли и впрямь самое худшее осталось позади. Зато под общим одеялом теперь стало по-настоящему жарко.
Всем естеством Леанте чувствовала, что Бертольф в кои-то веки доволен. А значит, она не зря решилась наконец сломать незримый барьер между ними.
Преодолевая робость, она повернулась к нему лицом и дотронулась пальцем до красноватого пятна на мускулистом плече.
– Болит?
– Нисколько, - небрежно отозвался он. - Веледа вчера спасла меня своим чудодейственным снадобьем.
Леанте с легкой завистью к золовке подумала, что могла бы и сама вчера поухаживать за мужем. Ну ничего, у ниx еще все впереди. Надо будет только выпросить у Веледы то самое чудодейственное снадобье…
– Кақ это случилось? – вздохнув, заговорила она о самом неприятном.
– Ты про пожар? - он посерьезнел. - Похоже на месть недовольных крэгглов. Троих стрелков вчера поймали дозорные, сегодня мы их как следует допросим.
– Донжон подожгли горящими стрелами?
– Не представляю, как можно было учинить такой пожар парочкой стрел, - нахмурился Бертольф и перевернулся на спину. – Но не волнуйся, Леанте, я обязательно это выясню. Мы найдем и накажем того, кто это сделал.
Они еще немного поговорили, а затем, незаметно для себя, снова заснули. Во второй раз Леанте разбудил тихий стук в дверь,и она подскочила на постели,испуганно протирая глаза. Рассветное солнце ярко золотило изножье кровати – судя по всему, они пропустили завтрак.
Она вскочила,торопясь открыть дверь. А затем, спохватившись, что в комнате не одна, попросила Тейсу подождать снаружи, пока Бертольф встанет и оденется. Обернулась и заметила взгляд мужа, задумчиво блуждающий по ее смятой сорочке. Отчего-то смутившись, Леанте поспешила накинуть на себя домашнее платье и целомудренно отвернулась. Что бы ни произошло между ними совсем недавно в супружеской постели, к виду полностью раздетого мужчины она еще попросту не была готова.