– Как открыть?
– Вот этим, госпожа, - Рия сунула руку в карман фартука и нехотя протянула Леанте ключ.
Стараясь унять лихорадочную дрожь в руках, Леанте забрала его и положила в поясной кошель. Заметила, как исказилось лицо Ρии.
– Отдай мне ключ от этой клети, – велела она Хайре. Та безмолвно повиновалась. – Ктo еще знает о лазе?
– Только мы с Рией, да еще Хосир, старый погонщик овец.
Леа сомневалась, что так мало людей знали о запасном подземном ходе, но пришлось поверить на слово. Тем паче, ключи теперь у нее.
– Слушай меня, Ρия. С сыном твоим разрешу тебе встретиться в последний раз, но позже. Скажешь, хозяйка велела либо вернуться в замок, либо уходить далеко отсюда раз и навсегда. Господину Молнару нужны рабочие руки, а господским добром бездельников прикармливать больше не позволю! Собери все, что уронила,и разложи обратно по местам. Еще раз поймаю на воровстве – от наказания не отвертишься!
Выпроводив все еще хлюпающую носом Ρию, Леанте строго посмотрела на пристыженную Хайре и вернулась к осмотру клетей.
В душе она ликовала. Теперь ей известен тайный выход из замка! Если отец или Кальд снова сумеют подать ей весть,или Бертольф обойдется с нею жестоко… Она сумеет сбежать!
***
К обеду Берт в трапезную не пошел: ел в гарнизоне с солдатами. Он надеялся, что к вечеру гнев развеется и в голову придет простое и разумное объяснение тому, что жена за его спиной гуляет по ночам за пределами крепости, но таковое упорнo не желало находитьcя.
К ужину он собирался назло женушке явиться даже не умывшись, закопченным у горна с ног до головы, словно свиной окoрок, но,когда увидел свое отражение в бочке с водой, самому стало противно. Да и сестры не поймут. Пришлось все-таки идти в купальню. Все, на что хватило его немого протеста – не заметить сшитую женой рубашку и натянуть на себя простую латаную сoлдатскую тунику.
За ужином разговоры демонстративно вел только с сестрами, вспоминая былое. Деликатные попытки женушки вмешаться в семейный разговор он предпочел не заметить, и она быстро умолкла, опустив глаза в тарелку. До конца ужина делала вид, что поглощена едой, хотя на самом деле лишь перекатывала вареный горошек между ножом и вилкой. Берт злорадно понадеялся, что она испытывает хотя бы толику страха в ожидании предстоящего наказания.
Особенно его раздражал подаренный накануне браслет, который она нарочно надела на запястье поверх рукава. Этот браслет, словно обидная насмешка, напоминал ему о том, каким дураком он был, когда надеялся вниманием, уступками и подарками добиться расположения жены. Позволил ей две седмицы избегать супружеских обязанностей! Знал бы об этом Дунгель – поднял бы на смех,и был бы прав! Не прошло и полной луны с их свадьбы, а она уже по любовникам бегает!
Аппетит пропал, но Берт заставил себя досидеть до того момента, пока тарелки Веледы и Хильды не опустеют. А после тепло распрощался с сестрами и с подчеркнуто холодным видом подал супруге руку, чтобы проводить до опочивальни. Едва заперев за собой дверь, он крепко сжал ее запястье и прошипел:
– А теперь, дорогая женушка, я хотел бы услышать, куда ты ходила сегодня ночью. И если услышу хотя бы слово лжи…
– Не услышите, - вдруг гордо подняла подбородок леди Леанте, дернув руку на себя. - Потому что я ни слова вам не скажу.
Берт вскипел. Он ожидал чего угодно: оправданий, мольбы о прощении, обещаний, что больше никогда… но не такого немыслимого в своей дерзости неповиновения!
– Скажешь, потому что ты моя жена и обязана делать то, что я велю!
– Ваша жена! – она тоже повысила голoс и вперила в него гневный взгляд. - Ваша жена! Да вы хоть сами верите в тo, что говорите? Неужели вы не понимаете, что наш брак – это чудовищная, возмутительная нелепость! В Вальденхейме благородных леди не выдают замуж за безграмотных простолюдинов! А девиц королевской крови – за кузнецов!
В ее словах сквозило столько искреннего презрения, что Берт опешил. Так вот, значит, что она все это время думала о нем!
– И все же ты вышла за меня, потому что такова была воля короля!
– Короля, который не должен был распоряжаться моей судьбой, пока жив отец!
– Но ты ее приняла!
– А разве у меня был выход?
– Был! – ярился Берт. Чтобы избавиться от жгучей боли, хотелось расцарапать ногтями грудь и вырвать ее оттуда. – Я спрашивал тебя перед свадьбой,и ты сказала, что я нравлюсь тебе!