– У меня шесть Звёзд, Сонтано, – вздохнул я, опуская голову. – С девятизвёздочным мною справишься?
Ответила она не сразу.
– Думаю, ты и сам раньше остановишься, – произнесла она. – Но если что… Справлюсь.
– Тогда проехали, – пробормотал я, и подняв голову, вновь посмотрел на иллюзию, висящую над столом. – Давай в реальность возвращаться.
– То есть к Дарию Романо? – усмехнулась она. – Ты сейчас уже как сумасшедший выглядишь. Такие переключения не есть хорошо.
– Да… – выдохнул я. – Прошу прощения, госпожа Сонтано. Такое со мной нечасто происходит, – соврал я. – Просто вы как привет из прошлого, вот и… Как-то так.
– Я понимаю, – кивнула она. – Это, конечно, немного жестоко по отношению к тебе прозвучит, но я даже где-то рада вновь поговорить с Алексом. Хоть теперь знаю, где это чёртово вино лежит. Минус один терзающий душу вопрос. Как ты его только выкрасть умудрился?
– Я… Я ничего не крал, госпожа Сонтано, – проворчал я. – Все вопросы к предку.
– У него и спрашиваю, – приподняла она одну бровь.
– Ты… – поджал я губы. – Не помню, госпожа Сонтано.
– Вредный ты, Романо, – покачала она головой.
И это мне ты говоришь?! Спокойствие, главное спокойствие. Она тебя просто провоцирует. Всего лишь тупые издевательства.
– Давайте оставим эту тему, госпожа Сонтано, – процедил я. – Теперь вы знаете, где ваше вино, и можете его забрать.
– Не могу, – пожала она плечами. – Даже если забыть о том, что военные склады Портума очень большие и найти там один-единственный ящик нереально, то остаётся другая проблема – я не могу попасть на территорию демонов.
А ведь Легион что-то такое говорил об этом.
– А Суру вы можете посетить? – спросил я как бы между делом.
– Не могу, – ответила она без какой-то особой интонации, после чего на секунду запрокинула голову и тяжко вздохнула: – Ха-а-а… Вообще, об этом не стоит распространяться, но тебе, Романо, я, так уж и быть, скажу. Всё дело в договоре, который мы заключили с демонами. Мы – это я, мой муж и Хрень. Но Хрень погиб при закрытии последнего портала на континенте, так что осталась я и мой муж. Впрочем, не суть. По договору мы не можем зайти на территорию, которую демоны удерживали на тот момент, но и они не могут выйти за эту границу.
У меня после её слов множество вопросов в голове крутилось, но задал самый насущный:
– Но они же выходят. Как так?
– Договор довольно объёмный и там куча дыр, которые были нужны и им, и нам, – ответила она, разведя руками. – Если вкратце, демон-герцоги не могут выйти за границу и приказывать выйти другим. То же самое с нами – зайти туда мы не можем, зато ничто не мешает нам организовать вторжение. Что я четыреста лет назад и попыталась сделать. Денег на организацию этого… провала я выбросила столько, что аж до сих пор сердце колет. А в итоге пшик. Увы, прекраснейшая Монетка – выдающийся артефактор, но никакущий организатор и полководец. А теперь подобное вторжение уже и бессмысленно организовывать.
– А вот тут я с тобой… с вами не согласен, – качнул я головой.
– Сам подумай, – вздохнула она. – Технологии деградируют, производственные цепочки разорваны в клочья, логистику надо создавать заново. И в этих условиях ты хочешь собрать армию вторжения из нескольких государств? Боюсь, сейчас такое возможно только если уже демоны организуют полноценное вторжение. Но этого не будет, ибо договор.
– И всё равно… – пробормотал я. – Не вижу ничего невозможного.
– Романо, – покачала она головой. – Всем, что я озвучила, всегда занимались другие, не ты. В твою задачу входило уничтожение демонов. Ты даже не понимаешь, о чём я вообще тебе толкую.
Если подумать, она в чём-то права. Я занимался управлением армиями, а их обеспечением занимались другие.
– Не я, – поймал я её взгляд. – Предок.
– Да, да, – махнула она ладонью. – Не ты.
– Кстати, первый раз слышу, что вы замужем, – перевёл я тему.
– Разве? – удивилась она. – Ну, теперь знаешь. Эта красотка занята. Уже четыре тысячи лет как.
– Не завидую вашему мужу, – буркнул я, отворачивая голову.
– Можешь и дальше тешить себя этими мыслями, – усмехнулась она.
– У меня вопрос – почему Монетка? – спросил я, чтобы съехать и с этой темы.
– Прозвище такое, – произнесла она, пожав плечами. – Ещё учитель меня так называл.
– То, что это прозвище, я понял, почему именно такое? – уточнил я.
– Потому что я люблю деньги и не стесняюсь этого, – вздёрнула она подбородок. – Только деньги вечны в этом мире.