Дэн бегло осмотрел своего друга. Тот был без сознания, а его тело было полностью оголено. Все тело было покрыто гусиной кожей. Веки слегка дернулись.
— Что ты с ним сделал?
— Ничего.
— А Зинаида Петровна знает, чем ты тут занимаешься? — спросил Денис, ему не хотелось верить, что такое происходит с позволения Новиковой.
При имени Зинаиды Василий сморщился. Его глаза наполнились злобой, и он сделал шаг вперед.
— Э-э-э, — предупредительно сказал Дэн. — Тебе жить надоело? У меня вообще-то пистолет. А ну отвечай!
— Зинаиде знать об этом не обязательно. Ты можешь забрать своего друга, и вы можете уйти, — спокойным тоном сказал Василий, а сам медленно придвигался к Денису.
Василий лихорадочно соображал, что он может сделать, чтобы обезвредить мальчишку. «Если я кинусь на него, он успеет выстрелить. Надо как-то отвлечь его», — думал Вася. Он уже однажды так сделал, когда двое живых навестили его и пытались ограбить. Тогда он обезвредил обоих и они стали его подопытными. Как ему повезло тогда, что Зинаида не спалила маньяка, когда не вовремя решила нанести ему визит. Если бы она заглянула в тот день под простынь, то увидела бы там далеко не кусачего.
А теперь перед ним всего лишь слабый на вид пацан. «Да, у него есть пистолет, но не факт, что он вообще заряжен. Надо проверить».
— Ты блефуешь? — сказал Василий и сделал шаг к парню. — У тебя, поди, и патронов-то нет?
Дэн отвел ПМ в сторону и выстрелил. В помещение повис звенящий звук, резанувший по ушам. Пуля разбила какую-то склянку с желтоватой жидкостью, и на пол упала человеческая кисть. Дэн поморщился при виде части тела.
Василий, воспользовавшись замешательством парня, выбил из его рук пистолет и повалил его на пол. Несколько секунд борьбы — и победу одержал Василий. Он первым дотянулся до пистолета и обухом ударил парня в висок. Дэн кульком повалился на пол.
— Дилетанты, — съязвил Василий и, запыхавшись, поднялся на ноги.
Положив пистолет в карман, он мигом забыл про парня и лукавым взглядом зыркнул на скальпель, который манил своим видом. Облизав губы, Василий взял острый предмет в руки и поднес к груди Евгения.
***
Наркоз выветривался, и Женя потихоньку приходил в себя. Он почувствовал дикий холод. Его тело продрогло до костей. Он всей кожей ощущал покалывание. Секунда — и его тело пронзила острая боль в районе груди.Евгений заорал и открыл глаза.
— А, очухался, — сказал спокойным тоном Василий, сделав небольшой надрез на коже Евгения. — Сейчас мы тебя снова усыпим. Куда это я подевал свой платочек?
Евгений выпучил глаза и завертел головой, осматривая обстановку. Наконец его взгляд зацепился за знакомое тело, лежавшее на полу.
— Дэээээн, — закричал, что есть мочи Женя. — Вставаааай!
— Ори сколько влезет, тебя здесь никто не услышит, а твой дружок еще не скоро придет в себя, я его хорошо приложил. Вот с тобой закончу и им займусь, — улыбаясь, сказал Василий.
До Евгения теперь дошли слова Шурика насчет Василия. «Так вот что он имел в виду, когда говорил, что он садюга. А я дурак и не спросил, почему его так называют. Сейчас бы не лежал в чем мать родила и не морозил бы яйца. Ааааааа. Что же мне делать?» — за секунду все эти мысли пронеслись в голове у Жени. Он попытался поерзать на каталке, но ремни крепко сжимали его по рукам и ногам.
— Дээээн, очнись, — кричал Женя. Он видел, что Василий идет на него с тряпкой.
***
Денис медленно приходил в себя. Его сознание плавно отходило ото сна. Он слышал крики знакомого голоса. Сначала они были слышны как будто издалека, а потом стали все чётче. Он приоткрыл глаза и увидел, как от него отдаляется Василий. Пока тот копошился возле каких-то скляночек, Дэн сквозь слегка прикрытые веки, чтобы не выдать себя, осмотрелся и увидел на столе охотничий нож. Он лежал у самого края, рукоять слегка торчала. Когда Василий подошел к Евгению и встал спиной к Дэну, тот резко вскочил, схватил нож и воткнул старику в спину чуть ниже грудной клетки. Холодное оружие вошло по самую рукоятку. На пол закапала алая кровь. Дэн рывком вытащил нож и нанес еще не менее четырех ударов в спину.
Комната наполнилась дикими криками маньяка. Тело Василия медленно осело на пол и завалилось навзничь.
Дэн быстро перерезал ремни каталки и помог другу встать.
— Спасибо, брат, если бы не ты, куковать бы мне сейчас на полочках по частям, — сказал Женя, кивнул на полки с расчлененкой и начал искать свою одежду. Она валялась на полу. Женя трясущимися руками поднял ее и начал натягивать на себя, но одежда висела на нем, как лохмотья.
— Этот гад изрезал всю мою одежду, — сказал Женя.
— Я поищу что-нибудь у него, — сказал Дэн и начал рыться на полках.
Не найдя ничего в этом кабинете, он вышел в коридор и прошелся по другим комнатам. Женя стоял на месте и тряся от холода, глядя на своего мучителя. Мертвенно-бледное тело Василия лежало на полу. Женя посмотрел на свою грудь, там виднелась уже запекшаяся струйка крови. Мужчина подошел к столу, нашел бинт и начал рассматривать скляночки. Он нюхал одну за другой, пока не унюхал спирт. Смочив бинт, он протер рану и сделал пару глотков из флакончика. «Чтобы стресс снять», — сказал сам себе Женя. Белая жидкость обожгла горло и приятным теплом разлилась по желудку.
— Отмечаешь свое спасение? И без меня, — сказал Дэн, войдя в комнату с охапкой одежды. — Вот! Выбирай.
Женя передал Дэну флакончик со спиртом и стал быстро рыться в тряпье. Одежда подошла. Вскоре на Жене уже красовались штаны, футболка, вязаная кофта. Из своего он надел ботинки и шапку. Куртку тоже пришлось сменить.
Парни с отвращением оглядели комнату. Банки, заполненные человеческими частями тел, вызывали в парнях злобу.
— Это каким надо быть отморозком, чтобы творить такое? — сказал Дэн. — Может, спалим здесь всё?
— Зачем уничтожать улики? Пусть Новикова увидит, какую змею пригрела у себя на груди. Если она, конечно, не была в курсе, — заметил Женя.
— Вот именно! Если... — сказал Дэн. — А если они все там такие. Что-то мне с трудом верится, что там всё так хорошо. Мы ведь так и не узнали, что это за община.
Женя тревожно посмотрел на Дэна. «А если он прав. Там ведь остались Марина с детьми и Сеня», — ему страшно было даже думать об этом, если Дэн окажется прав.
— Давай найдем Иру и отправимся на точку сбора. Если ребят там не будет, то придумаем план, как их вытаскивать, — сказал Женя.
Они взяли свечку и начали спускаться вниз. Темная комната опустела. Она стала могилой для маньяка Василия Шмытова, одиноко лежащего посреди своих трудов.
С полок на него смотрели банки с отрубленными человеческими кистями, ступнями, головами, одна банка была доверху наполнена глазными яблоками с радужками разных цветов: голубые, серые, карие, болотного цвета. Глаза застыли, уставившись на своего мучителя, который лежал на полу в луже крови. Его же глаза были устремлены в потолок. Мутная пелена заволокла белки. У уголков рта образовались черные пятна. Вены почернели. Внутри него происходили неизвестные процессы.
Мозг умирал, но не хотел сдаваться. Маленькие нейронные связи работали на пределе своих возможностей, пытаясь до последнего реанимировать небольшой отдел головного мозга, и им это удавалось. В небольшом мозговом отделе продолжалась жизнь. Вскоре рука Василия дернулась, затем нога, а потом он открыл глаза, медленно, как будто просыпался ото сна. Из груди вырвался сдавленный хрип. Он больше не чувствовал боли. Он медленно встал, втянул носом воздух, как животное, и побрел в ночи, ведомый лишь одним единственным чувством — чувством голода.
Глава 25. Нападение, которого не ждали
Две группы людей Рады Ибрагимовой вели два стада зомби к КМК. Одна группа направила стадо к восточным воротам, когда тепловоз отъехал на безопасное расстояние. К трем часам ночи стадо добралось до места назначения. Открытые ворота были как приглашение к обеденному столу.
Вторая группа вела стадо мертвых к центральному входу КМК.