Оба положительные.
Закрывшись в туалете, я хрипло подвываю глядя на два положительных теста на беременность.
Кошмар. Ужас. И еще раз кошмар.
Как? Как от одного раза я могла залететь? Тем более от моего первого раза? Разве такое может произойти?
Нет. Я не хочу. Я не хочу! Ничего не хочу!
— Скоро? — стучит ногой в дверь Галька, — выходи, а то схожу за Васькой и он быстро дверь вскроет.
Поднявшись с пола, я нехотя открываю дверь и прохожу мимо сестры.
— Ну и что? Результат какой…, - она не договаривает, потому что видит оба теста, которые я положила на край раковины.
Когда радостный визг сестрицы оглушает действительность, меня начинает тошнить. Завалившись на кровать, я накрываю лицо подушкой и мечтаю сдохнуть.
Но видно помереть мне не судьба. Галька убирает с лица подушку и радостно спрашивает.
— Кто он? Кто наш папашка? Говори-говори! Отмазаться не получится.
Я отрицательно качаю головой из стороны в строну и сворачиваюсь калачиком.
— Ладно, можешь молчать. Я пошла всех твоих мажоров обзванивать.
Всхлипнув, я резко сажусь на кровать и кричу.
— Отстань от меня! Что тебе надо? Мне плохо, понимаешь?
— А мне без разницы, — подлетает сестрица, — если ты не ответишь, я весь богатый район подниму, но найду счастливого папку твоего змеёныша.
— Гадина, — шиплю сквозь зубы.
Звонкая пощёчина на миг оглушает меня, а потом я безвольной куклой валюсь на кровать.
— ГОВОРИ! — на весь дом орет Галька!
— Колганов! — ору в ответ и в первые секунды лицо родственницы покрывается красными пятнами.
— Артём? — дрожащим голосом уточняет она.
Я киваю между всхлипами и Галька подпрыгивает от счастья.
— Да ты что! Вот это привалило мне! Вот это подарочек! Поверить не могу. А ты не ошиблась?
Я отворачиваюсь к стене, чтобы не видеть безумного веселья сестры. Я ее никогда еще не видела такой довольной. Радуется чужому горю, дьяволица.
— Теперь я заживу! Теперь они все будут плясать под мою дудку, — напевает она, пока я рыдаю в подушку.
Я плакала пока не провалилась в сон, а когда проснулась за окном уже начало темнеть.
— Ну наконец-то! Я думала ты проспишь все самое интересное! — ловлю на себе довольный взгляд сестры, — сейчас чета Колгановых к нам прибудет! Бабка с дедкой твоего змеёныша.
— Что?
— Да! Пока ты спала я к ним в офис сгоняла и записочку передала через секретаря. Их величество меня не приняли, с*ки. Но ничего, я не гордая. Черканула им письмецо тако-о-о-е складное, что они через полчаса мне позвонили и захотели к нам явиться к восьми часам вечера. Вот это скорость! Чувствуют, что облажались…
Глава 13
Родителей Артема я видела лишь один раз — на выпускном. Я бы даже не вспомнила как их зовут, но Галька уже полчаса ходила по комнате и пропевала их имена-отчества.
— Лилия Сергеевна и Павел Валентинович теперь конечно станут ручными….
Я затыкала уши, но сестрица так громко пела, что это было бесполезно.
На выпускном они произвели на меня самое сильное впечатление. Родители других одноклассников тоже были не бедны, но Колгановы и их друзья Лизины — родители Митьки — кардинально отличались от всех. Даже издалека я чувствовала от них энергию власти и больших денег. К людям такого уровня я бы даже на пушечный выстрел не подошла. Знаю, что не соответствую…
И вот теперь они придут сюда. В нашу убогую малосемейку. В нашу мизерную комнатку. Но главное даже не это. Скорее всего они придут к нам с войной, а не с миром и похоже скандалистку Гальку это ещё больше заводит. Я с кровати не встаю и желаю себе быстрой кончины, а она ходит по комнате туда-сюда и поет.
Стук в дверь окончательно добивает мою нервную систему и я начинаю молиться. Не вслух, конечно, но видя мое испуганное лицо, сестра возбужденно шепчет.
— Видок у тебя сейчас хреновый. Можешь и дальше притворяться, лучше даже в обморок снова упади. Пусть эти богачи видят, как тебе хреново живется здесь.
— Отстань, — сквозь зубы выдавливаю в ответ и чувствую, как по телу расползается дикая трясучка.
Когда родственница открывает дверь и в комнату, не разуваясь, входят Колгановы, я окончательно теряюсь. Молитва не помогает, а страх окончательно сковал мысли и тело. Я встаю с кровати и вместо приветствия киваю. Спина деревенеет, а ног я совсем не чувствую.
Родители Артема тоже не здороваются. Оглядывают наше убогое жилище и морщатся, словно жуют прямо сейчас несколько крупных лимонов.