Оценка функциональности Карателя была странной. В ближний бой я бы к нему не полез. Длина и степени свободы суставов его рук делали эту тварь очень опасной в ближнем бою. Форма кистей и пальцев тоже намекала на это. Длинные когти, сложенные вдоль предплечья явно говорили о многом.
А вот с ногами у него что-то явно не так. Пока я не вижу, как он двигается, окончательных выводов сделать не могу, но форма и пропорции таза, а также места крепления костей и углы сгибов намекают на какую-то неправильность. Нужно иметь это ввиду.
Вендиго, жмущийся к его ногам, был, практически, копией той твари, которая была исследована вдоль и поперёк ранее.
Тварь, на грависканере похожая на Мерзохвоста-С находилась далеко от боевого столкновения, в проходе за границами пещеры. Невидимая визуально. Что она там делала, было непонятно, но пока и не важно. В бой не лезла и в данный момент никому не угрожала.
Оставшаяся в живых последняя из четвёрки крысоподобная тварь старалась держаться поближе к паре наших бойцов, держащих левый фланг построения, но одновременно с этим старалась не попадаться под стрельбу Варписа, который довольно ленивыми, не очень мощными и точными выстрелами просто отгонял тварь от своих парней.
Эмоциональный же фон в пещере просто зашкаливал!
Моё восприятие выкинуло оригинальный финт, охватив практически всю пещеру и ещё немного сверх этого. Увидев дальнюю пару танк — дамагер, вернее не увидев их как положено, активными и ведущими бой, и дёрнувшись в сторону связи с Конролёром, чтобы через него узнать их состояние и не зафиксировав эту связь, осознанно я отложил решение этого вопроса до момента, когда это будет возможно, а вот неосознанно…
Теперь уже пятнадцатиметровый, шар охвата Ареала не доставал до парней и я не мог ощутить их так же, как всю свою группу, находящуюся в креслах вестника Апокалипсиса и, одновременно, внутри моего Ареала. Насквозь. Без купюр и цензуры. Бьющиеся практически в унисон сердца, семь основных и три вспомогательных. Нервные импульсы, заставляющие подрагивать пальцы, до скрипа металла сжатые на упорах бешено двигающегося гигантского паукохода. Пьянящее предвкушение боя, дисциплинированная сосредоточенность на задачах. Холодное, практически равнодушное спокойствие, скрывающее под собой ураган любопытства, чистого до садизма.
Немного впереди ощущался Каратель. Сгусток боли, ярости и слепой уверенности в собственных силах. Уверенности в том, что не он следующий уйдёт в Гармонию, неся новый опыт. Уверенности в том, что в его силах выполнить поставленную задачу. И не делиться при этом ни с кем из братьев/рождённых вместе/рождённых с единой целью.
Ощущался и его Ареал, имеющий очень маленькие размеры, искривляющий пространство буквально в сантиметрах от поверхности тела Карателя. Но чудовищно стабильный при этом и прочный.
Ещё дальше ощущалась группа-два. Общим разноцветным пятном разных эмоциональных окрасов. Там была и боль и усталость и страх и ярость и уверенность пополам с растерянностью. Жуткая смесь неразличимая на такой дистанции.
И было ещё что-то неуловимое, лёгкое, невесомое. Одновременно и опасное и любопытное. Ещё не осознающее своей опасности для окружающего, но уже стремящееся это окружающее познать и дать ему познать себя. И это неуловимое было везде в этой пещере, более плотно клубясь вокруг группы-два, но и к моему ареалу потянувшись с явным интересом и охотой.
Не совсем осознавая, что я делаю, погружённый на пределе разгона сознания в полумедитативное состояние, очень похожее на то, в котором я продавливал ареал карателя в прошлом бою, я попытался дотянуться до дальней пары, тревога за жизни которых не давала мне покоя, используя это неуловимое и лёгкое как мост.
Танк был мёртв. Улыбчивый брюнет невысокого роста, в доспехе похожем на доспехи Чука. Грудная пластина его бронекостюма выглядела как бумажная — скомканная и порванная. Он лежал на боку и в дыре на груди я мог бы увидеть всё, что было за ним. И я точно знал, что на воскрешение он не пошёл. Сигнал его триггера репликатора был заблокирован в момент его смерти импульсом оружия, из которого он и был убит.