Продолжая втирать мыльную пену в чёрные как смоль пряди, она наслаждалась ощущениями, усиливающимися благодаря тёплой воде и витавшим вокруг них восхитительным запахам. Самым странным казался ей тот факт, что когда она мыла волосы профессору Снейпу, сидя голой в его ванной и сблизившись дальше некуда с волшебником, в прошлом наводящим на неё ужас — чувства неправильности, невзирая на всё это, не возникало. Напротив, рядом с ним ей было… легко и естественно.
— Красавица… — с упоением прошептал он, прижимаясь ртом к другой груди и уделяя ей так же много внимания.
— Сполосни, — велела Гермиона, игриво отталкивая его и наслаждаясь выражением притворного разочарования на его лице.
Сделав, как ему было велено, Снейп опустил голову под воду. Она в последний раз провела рукой по мокрым волосам, убеждаясь, что весь шампунь полностью смыт, следом за чем открыла кран с мощной струёй воды, сказав ему ополоснуть их в последний раз. Северус как раз потянулся за шампунем, желая отплатить ей услугой за услугу, когда из камина послышался характерный сигнал. «Очевидно, он заколдовал его так, чтобы слышать запрос из каминной сети во всех комнатах своих покоев».
Резко посуровев, профессор протянул ей флакон и выбрался из ванны, быстро накидывая на плечи тёмно-зелёный махровый халат, который гриффиндорка однажды уже заимствовала на время. Запоздало подумав о ней, он быстро дублировал свой халат каким-то неизвестным ей заклинанием и повесил копию на крючок.
— Оставайся здесь и не вылезай из ванны. Я должен ответить. Не появляйся в кабинете что бы ни случилось!
Снейп вышел из ванной и направился в спальню, на ходу высушивая чарами влажные волосы. Гермиона услышала, как он прошёл через вторую дверь, ведущую в кабинет директора. Она ещё какое-то время нежилась в огромной ванне, покачиваясь на поверхности воды, а затем решила повоевать с собственными непослушными волосами. Девушка тщательно вымыла их шампунем и кондиционером, без которого кудри превращались в буйную вьющуюся массу.
Вытащив пробку из ванны и так же осторожно выбравшись из неё, она взяла наколдованный халат и укуталась в него, завязав пояс и обернув волосы полотенцем. Пройдя в спальню, она нашла свою волшебную палочку и ради забавы превратила слизеринский зелёный цвет в гриффиндорский алый.
Затем Гермиона направилась к двери, ведущей в кабинет, и прижалась к ней ухом. Присущее гриффиндорке врождённое любопытство могло сравниться лишь с её упрямством. Она отчётливо услышала характерный низкий голос Кингсли Шеклболта, и, судя по шагам, ей показалось, что он прошёл к директору. «Возможно, мне стоит к ним присоединиться?»
«Разумеется, я бы осмелилась к ним присоединиться, гриффиндорка я или нет?! Если профессор Снейп не стесняясь принимает гостей в халате, то чего мне смущаться?!» Она не стала бы стыдиться того, что провела с ним ночь. Гермиона уже собиралась открыть дверь, как вдруг ей вспомнились его слова, сказанные прошлой ночью:
«Если ты пообещаешь мне себя, но не сможешь сдержать обещание, моё сердце, Гермиона… Моё сердце этого не переживёт».
«Северус был совершенно прав». Ещё не время строить дальнейшие планы на жизнь, и она не имела права открыто демонстрировать их отношения перед Кингсли без согласия профессора, тем более… когда статус их отношений иной раз был неясен даже им самим. Подавив желание узнать, о чём шёл разговор, она на цыпочках прокралась к кровати, легла, укрылась одеялом, закрыла глаза и стала его ждать… А ждать Гермиона не любила больше всего на свете.
***
Должно быть, Гермиона задремала; она открыла глаза, когда матрас рядом с ней прогнулся, а профессор Снейп сел рядом, неодобрительно изогнув бровь.
— Судя по всему, некая гриффиндорка решила поиздеваться над моим халатом, — проворчал он.
Она не могла не улыбнуться.
— Тебе не нравится? По-моему, в алом цвете он выглядит значительно лучше.
— Мерлин, спаси меня от чёртовых львиц!
— Думаю, втайне мы тебе даже нравимся, — не унималась она.
— Возможно, ты права. Особенно некоторые из вас, — согласился Снейп, задумчиво потирая подбородок. — Вернёмся к более важным темам, полагаю, ты уже слышала, что нас посетил Шеклболт?
Гермиона согласно кивнула.
— Прежде всего позволь выразить благодарность за то, что ты сдержалась и разумно не присоединилась к нам. Не представляю, как бы я объяснял Кингсли, что ты делаешь раздетой в моих покоях в столь ранний час.
— Да, это было бы затруднительно, — усмехнулась она, и он бросил на неё игривый взгляд.
— В любом случае он принёс нам прекрасную новость. Шеклболт добился успеха и получил должность главы отдела магического правопорядка ввиду… принудительной отставки Яксли. Теперь у Ордена появилось огромное преимущество, когда один из членов стал столь высокопоставленным чиновником. Вот только Кингсли теперь придётся упорно работать, чтобы не позволить прихвостням Тёмного Лорда уничтожить Министерство изнутри.
— Но каким образом Кингсли это сделает?
— В Министерстве много сотрудников, которые остаются верны Свету, какую бы оборону они не держали и как бы глубоко ни скрывали своих истинных помыслов. Среди волшебников гораздо больше тех, кто желает мира и спокойной жизни, чем тех, кто поддерживает идеалы Тёмного Лорда. К сожалению, в то время как Пожиратели смерти, сторонники превосходства чистокровных и последователи Тьмы ниже по численности, сейчас именно в их руках вся власть и могущество. Они питаются страхами других и прибегают к откровенно грязным методам — запугиванию, угнетению и порабощению воли. Главная задача Шеклболта — выявить и завербовать… остальных. Тех волшебников и ведьм, которые желают восстановить порядок и толерантность в обществе, чтобы нормально растить своих детей — где магические существа всех кровей будут равны, где к магглам будет проявляться должное уважение, как и к Международному статуту о секретности, а жестокое обращение будет порицаться. Мы уверены, что в Министерстве немало единомышленников, и Кингсли их найдёт. Как только он сможет собрать их в достаточно большую группу, их смелость возрастёт, и тогда свершится внутренний переворот. Однако нельзя забывать о наших основных целях — окончательном уничтожении сломанных крестражей, хранящихся в Гринготтсе, и убийстве самого Тёмного Лорда, который теперь полностью смертен.
— Да уж… И всё равно нам повезло.
— Безусловно. Тем не менее, к сожалению, это не единственная новость, которую сообщил мне Шеклболт.
— К сожалению?..
— Согласно закону «Об отбраковке», принятому Амбридж, авроры теперь вынуждены работать вместе с егерями, отслеживая беглых оборотней. Если расценивать всех вервольфов под одну гребёнку, приравнивая их к такому отвратительному существу, как Фенрир Грейбек, то должен сказать, что в законе даже имеется смысл. Однако все мы знаем, что есть очень много оборотней, которые не по своей вине пострадали от ликантропии, и теперь просто стремятся жить нормальной жизнью, справляясь с неизбежными превращениями.
— И…? — нетерпеливо спросила Гермиона, отчаянно желая, чтобы Снейп быстрее перешёл к делу, так как её уже начал охватывать холодный страх.
— Первой задачей, поставленной перед Шеклболтом, как перед главой Аврората, было вторжение в дом Андромеды Тонкс, чтобы найти ребёнка Люпина, считающегося полуоборотнем.
— Нет!
Гермиона в шоке поднесла руки ко рту. «Что они хотят сделать с Тедди? Он всего лишь невинный младенец!»
— На мой взгляд, это была плохо завуалированная попытка выяснить местонахождение отца ребёнка. Видимо, они считают, что мадам Тонкс скрывает Римуса Люпина. Целью рейда был обыск дома сверху донизу в попытке найти любые признаки, указывающие на укрывательство Люпина, ведь он числится первым в списке разыскиваемых оборотней, но продолжает ускользать. Только мы знаем, что твой дом предоставляет Люпину надёжное убежище, но министерские ищейки недоумевают, где он прячется.