— Лучше расскажи, о чём вы тут говорили?
Люпин смиренно вздохнул, понимая, что от догадливой гриффиндорки бесполезно что-либо скрывать.
— Мы решили заключить брак. Они возьмут мою фамилию, и ребёнок будет считаться мне родным.
— Что?!
— Полагаю, ты всё правильно расслышала. Разумеется, я заметил, что неразумно связываться с беглым оборотнем, но, по-видимому, это её не испугало. Она готова пойти на всё, лишь бы скрыться от насильника-Пожирателя смерти, — пробормотал он, тревожно нахмурясь.
«Но ведь Орла могла бы принять предложение Симуса и тем самым решить проблему с отцовством, что было бы более логично, но вместо этого она выбрала… Люпина?»
С практичной точки зрения Гермиона мысленно согласилась с Римусом, ведь после вступления в брак с оборотнем не только Тедди, но и новорождённый младенец попадёт под закон о полукровках. «Зачем подвергать малышку такому риску? Впрочем, если бы всем стало известно, что её настоящим отцом является Корбан Яксли, риск бы только увеличился».
«Чёрт возьми, но почему именно Римус?!»
«Зачем усложнять и без того непростой вопрос, добавляя ещё одну проблему — его ликантропию?»
Нельзя было не заметить, что за те несколько недель, что они вместе прожили на Гриммо, Орла сильно сблизилась с Люпином. «Они живут практически как супружеская пара — делят домашние обязанности и вместе заботятся о Тедди. Существует лишь один деликатный момент, без которого магический брак не сможет вступить в силу, но учитывая то, через что уже прошла Орла, вряд ли это покажется ей концом света. Не сомневаюсь, что Римус вёл бы себя с ней нежно и обходительно. И всё же брак с Симусом Финниганом в конечном счёте доставил бы гораздо меньше проблем».
— Ну… — начала она, — даже не знаю, что и сказать. С одной стороны, я вижу во всей этой затее очевидные подводные камни, но с другой — прекрасно вас понимаю.
— Понимаешь?
Он выглядел удивлённым.
— Разумеется, понимаю. Вы вдвоём уже практически живёте супружеской жизнью.
— За исключением супружеского долга, — застенчиво добавил он.
— Хм-м… Ну да.
— Я поцеловал её сегодня вечером, — признался Римус, но его улыбка немного померкла. — И она поцеловала меня в ответ.
— И почему мне кажется, что ты не рад?
— Я просто смущён и сбит с толку. Всё из-за мыслей о Доре… После её смерти прошло слишком мало времени, я не могу так быстро вступить в интимные отношения с кем-то другим.
Гермиона потянулась к руке Люпина и накрыла её своими ладошками. Он грустно улыбнулся в ответ на её утешительный жест.
— Они покинули нас, Римус. Все они. Лишь единицы чудом спаслись после финальной битвы. Нам остаётся только поддерживать друг друга. Конечно, мы безумно скучаем по тем, кого потеряли, но скорбью их не вернуть. Мы должны бороться за то, чтобы создать для себя новую жизнь, к сожалению, уже без тех, кто был нам дорог. Если ты вновь испытываешь счастье, это не значит, что ты предаёшь память о своей погибшей жене. Ты всего лишь не тратишь свою жизнь впустую, раз уж тебе посчастливилось остаться в живых.
— Она вообще не должна была погибнуть, Гермиона! — с болью воскликнул Люпин. Он резко выдернул свою руку и от досады так громко хлопнул ладонью по столу, что девушка испуганно подпрыгнула на месте. — Я согласен с тем, что ты сказала, но, чёрт возьми, Тонкс могла выжить! В ту ночь ей не следовало находиться в замке! Она должна была остаться с матерью, как мы договорились! Тогда Тедди не потерял бы маму, а я — жену! Проклятье, но ведь она никогда… никогда меня не слушала!
Гермиона притихла, не зная, что на это ответить. Римус вскочил на ноги, со злости пнул деревянный стул, тот упал на пол, и потревоженный звуками малыш слегка захныкал во сне, но, к счастью, не проснулся. Мужчина метался по кухне из стороны в сторону, словно тигр в клетке, то и дело нервно запуская пальцы в свои русые волосы.
— Той ночью, когда я впервые увидел её в Хогвартсе, первым делом спросил, зачем она сюда явилась, — с горечью рассказывал он. — Я сказал Доре, что она нужна Тедди, и знаешь, что она мне ответила? «Сегодня я должна быть рядом с тобой, Римус». Я пытался отослать её обратно, но она не послушала меня! И это стоило ей жизни! Любовь ко мне стоила ей жизни! Уж лучше я останусь один, чем ещё раз подвергну кого-то опасности…
— Ты не виноват и прекрасно об этом знаешь, — тихо пробормотала Гермиона. — Только Тонкс была ответственна за принятое ею решение. Мы с тобой вдвоём знаем, что никакие слова её бы не переубедили. Ты не был причиной её смерти — ни прямой, ни косвенной.
Римус перестал беспокойно ходить по комнате и сел за стол напротив неё.
— Она выбрала меня, Гермиона! Она выбрала меня, а не своего сына!
Его лицо исказилось от горя, в то время как глаза умоляли её подтвердить, что он ошибается.
— Да, она выбрала тебя, Римус. Ей нужно было за короткое время принять немыслимо сложное решение, но Тонкс знала, что под присмотром её матери Тедди будет в безопасности. Она поступила по-своему, потому что любила тебя всем сердцем!
— Тогда разве я не оскверняю эту любовь и светлую память о ней, целуясь с Орлой, соглашаясь на её просьбу связать себя узами брака? Значит, мои чувства к ней не настолько сильны?
— Конечно нет. Ты любил её всей душой и всегда будешь любить. Но волей судьбы ты смог спастись и должен ценить предоставившийся шанс, живя полной жизнью. Также у тебя есть сын, которого сложно будет воспитать в одиночку и привить ему уважение к памяти о матери.
— Значит, ты думаешь, ещё не слишком рано?
— Кто может с точностью сказать, когда слишком рано, а когда поздно? Каждый из нас уже завтра может погибнуть, Римус! Мы все находимся под угрозой! Я всего лишь хотела сказать, что нужно ловить каждый момент, подаренный судьбой, чтобы выжить наперекор врагам и отомстить за всех тех, кого мы любили!
Люпин ничего не ответил, но начал медленно кивать, как будто отчаянно хотел поверить в высказанные ею мысли, но ещё не до конца смог их принять.
— Помоги Орле. Защити девушку и позволь ей позаботиться о Тедди, предложив взамен свою помощь с её собственным ребёнком. Когда всё закончится… Каким бы образом ни завершилась эта проклятая война, у вас появится шанс построить совместную жизнь. Что ж, если вы захотите остаться вместе, тогда каждый из нас пожелает вашей семье только счастья.
— Орла сказала, что если мир изменится, мы сможем развестись.
— Сейчас ни к чему об этом думать. Тебе ведь с ней хорошо?
— Очень хорошо.
— Она тебе, хм-м… нравится?
— Да, несмотря на то, что я чувствую себя лет на сто её старше.
— Забавно. Северус так же думает обо мне, — откровенно призналась она.
— Значит, теперь уже просто Северус? — поддразнил Люпин, откидываясь на спинку стула. На его губах мелькнула едва различимая улыбка, заметив которую, Гермиона невольно покраснела.
— Он очень добр ко мне, — смущённо пробормотала она.
— Гермиона, я всего лишь шучу! Возьми всё, что ты только что сказала мне, и примени это к себе. Я наблюдал за вами и заметил, как Северус смотрит на тебя, когда думает, что его никто не видит. Он восхищается тобой. Когда война закончится, вы тоже можете быть счастливы вместе…
— Мы слишком разные! — перебила она.
— Думаю, между вами гораздо больше общего, чем тебе кажется.
— Я была его ученицей!
— И Орла когда-то была моей, — парировал он, продолжая лукаво улыбаться. — Ты влюблена в него, не так ли?
Гермиона почувствовала, как её плечи поникли.
— Мне кажется… да.
— Всё в порядке, — заверил он, похлопав её по руке. — Даже скользкие слизеринские мерзавцы вроде Северуса Снейпа нуждаются в любви.
Они вдвоём непроизвольно рассмеялись, находя в себе силы шутить, даже когда волшебный мир дошёл до пределов отчаяния; несмотря на то, что у них отняли всех, кого они любили. На этот раз Тедди действительно проснулся и закричал, требуя, чтобы его покормили.
— Долг зовёт, — заметил Римус, поднимаясь на ноги. — Кстати, судя по твоему постоянному ёрзанию на стуле, Гермиона, ты должна позволить ему помочь тебе как можно скорее.
Взмахнув волшебной палочкой в сторону камина, он зажёг огонь, тут же вспыхнувший зелёным цветом, и отправил ненавязчивый запрос в кабинет Снейпа. В камине директора должен был прозвучать сигнал, указывающий, что кто-то хочет с ним связаться. Затем Римус понимающе ухмыльнулся и направился к колыбели, чтобы забрать хнычущего ребёнка.