Вместо этого Тёмный Лорд без предупреждения грубо вонзился Легилименцией в разум Снейпа; от вспышки острой боли, вызванной бесцеремонным вторжением, профессор опустился на колени. С той минуты, как Гермиона аппарировала, он пытался убрать из разума всё, что могло уличить его в предательстве, или навести Лорда на мысль, что у них появились какие-то отношения, предусмотрительно выдвигая на передний план предполагаемое насилие, когда он неоднократно пользовался своей ученицей.
Он чувствовал интерес Волдеморта, когда тот рылся в воспоминаниях Северуса об их близости, словно безжалостный охотник, прорывающийся через подлесок, чтобы добраться до своей жертвы, не заботясь о том, что уничтожает на своём пути.
Снейп продемонстрировал наиболее непристойные моменты, так как прекрасно знал об излюбленных фетишах Тёмного Лорда. Он показал ему порку, доминирование, сцены грубого секса у стены или окна. Северус скрывал их нежные поцелуи, интимный шепот, её согласие и поддержку; то, что он сам варил противозачаточное зелье и снабжал им девушку, наколдовывал мнимые синяки и отметины на нежной коже, вводя в заблуждение кураторов-Пожирателей.
Зато он добавил совершенно ложные воспоминания о том, как самолично обучал Грейнджер Тёмным Искусствам. Профессор неделями работал над этой правдоподобной иллюзией, на случай именно такого вторжения. Волдеморт видел, как Снейп говорил с девушкой о соблазнительной природе тёмной магии, поощряя открыться манящей притягательности непростительных проклятий, и Северус чувствовал одобрение Лорда. «Слава Мерлину, этот психованный ублюдок действительно поверил!»
Риддл исчез из его сознания так же резко, как и вошёл в него, оставив Снейпа валяться на полу с дикой пульсирующей головной болью, как будто из его черепа вытащили острый клинок.
— Слушайте меня, верные Пожиратели смерти! Разрешаю вам полную свободу действий в процессе поисков грязнокровки и мисс Малфой! Обе ведьмы должны предстать передо мной живыми и невредимыми! Юная мисс Малфой должна быть возвращена своему отцу, который обучит её обычаям, обязанностям и привилегиям чистокровных волшебников. Нарцисса, встань! Ты потеряла своего сына, но эта трагедия случилась только из-за его глупого героизма. Драко должен был знать, что моя любимая Нагини всегда бросится защитить меня, таким образом он заплатил за глупость ценой своей жизни. Однако в знак моего прощения и милосердия я позволю тебе забрать тело Драко и похоронить его так, как сочтёшь нужным. После этого ты примешь дочь Люциуса в свой дом и воспитаешь девочку, как свою собственную. Ты официально изменишь её фамилию на Малфой, и вскоре она займёт место твоего сына среди Пожирателей смерти.
Нарцисса поднялась на ноги и покорно кивнула с видом полного смирения перед судьбой.
— Люциус! Я считаю, что чем меньше здесь будет сказано о кровосмесительных связях между твоими детьми, тем лучше. Твой сын мёртв, и поэтому дальнейшее обсуждение этого вопроса не имеет смысла. Мы больше не будем об этом говорить. Забери свою жену вместе с телом сына и скройтесь с глаз моих.
Далее последовала отвратительная сцена, когда Люциус и Нарцисса извлекали Драко из сомкнутых безжизненных челюстей Нагини, но, в конце концов, они так и не смогли этого сделать — им пришлось аппарировать тело юноши двумя отдельными частями. Северус не мог не сожалеть о погибшем юном слизеринце, у которого действительно не было выбора относительно направления, в котором пошла его жизнь. «Какая потеря! Какая ужасная, глупая, нелепая смерть мальчика, у которого был огромный потенциал, особенно в учёбе! Тем не менее Драко пришлось растратить неплохие задатки среди беспорядка, созданного его же отцом — эгоистом, жаждущим привилегированного положения в обществе, развлекавшимся с многочисленными любовницами, в то время, как ничего из этого не пресекалось его бесхарактерной женой».
— Макнейр! — Северус услышал голос Волдеморта сквозь мучительную головную боль. — Ты должен вернуться в Хогвартс с остальными кураторами и сообщить всем, кто находится там, что директор Снейп не вернётся. Он должен доказать мне, что достоин занимаемой им высокой должности, прежде чем я позволю ему вернуться назад. Поставь во главе школы эту драную гриффиндорскую кошку — назначь её временной директрисой, но ни на минуту от неё не отходи, это понятно?
— Я всё понял, Милорд. Сейчас же вернусь и выполню ваши указания.
Макнейр подобострастно поклонился и аппарировал, сопровождаемый остальными Пожирателями, обосновавшимися в школе, включая Рабастана Лестрейнджа, который выглядел очень раздражённым. Судя по всему, он до смерти завидовал своему брату, который теперь будет находиться подле Тёмного Лорда, в то время как он обязан вернуться к унизительной работе в теплицах Хогвартса и наблюдению за уроками профессора Спраут.
Волдеморт повернулся к другим Пожирателям смерти: к тем, кто работал в Министерстве на высоких должностях глав департаментов, и к тем немногим, кто был расквартирован по всей стране в секретных точках, таких как станции международной аппарации, магические контрольно-пропускные пункты и группировки егерей.
— Вы все можете вернуться на свои места. Трэверс, пожалуйста, сообщи министру Амбридж, что директор Снейп будет… во временном отпуске на неопределённый, но, надеюсь, короткий срок, и что я уже назначил на эту роль заместителя директора.
В помещении раздались многочисленные характерные хлопки, когда все остальные покинули тускло освещённый каменный подвал, оставив Снейпа наедине с Волдемортом, который хладнокровно смотрел на распластавшееся мёртвое тело Нагини — поток, хлеставший из огромной раны на её шее, наконец-то остановился, зато вокруг змеи образовалась огромная лужа крови. Наступила гнетущая тишина. Северус с трудом поднялся с пола, на котором пролежал, испытывая непрекращающуюся боль после того, как Лорд намеренно грубо покинул его разум.
Северус Снейп был почти одного роста с Томом Риддлом. Они были равны. Их глаза встретились — бездонные чёрные очи Снейпа схлестнулись с хищным кроваво-красным взглядом Волдеморта. Они противостояли друг другу — предполагаемые повелитель и его слуга, но на самом деле — смертельные враги.
— Я просмотрел твои мысли, Северус, — медленно начал Лорд зловещим тихим голосом, — и теперь я не совсем уверен, что тебе… можно доверять. Интересно, не появилась ли у тебя неуместная симпатия к твоей грязнокровке?
— Милорд, я не…
— Замолчи, Северус! Тебе не следует ни оправдываться, ни пытаться ускользнуть от неприятностей. Я уже придумал очень простой способ, с помощью которого узнаю всё о твоей преданности… Ты — слизеринец, а отличительная черта характера истинного слизеринца — это сохранение личного благополучия. В конечном итоге только твоя собственная жизнь должна иметь для тебя значение. И знаешь, что я задумал? Ты останешься здесь до тех пор, пока на тебя не снизойдёт проклятие Вожделения. Если ты действительно знаешь, где находится грязнокровка, то, без сомнения, отправишься к ней, чтобы утолить похоть и спасти свою жизнь. Если же ты не знаешь этого… то просто сойдёшь с ума и, в конечном итоге, умрёшь от неудовлетворённого проклятия.
Снейп прищурился, пытаясь скрыть, как быстро в его разуме одна мысль сменяла другую, и сохранял нейтральное выражение лица, несмотря на внутреннюю панику.
— Таким образом, либо я окажусь предателем, если отправлюсь к грязнокровке… либо докажу вам свою преданность, если останусь здесь и умру?
«Как всегда, безупречная логика Тёмного Лорда соответствует его равнодушию к человеческой жизни».